– Да, готов.

Джульетта вылила воспоминание в его ладони, сложенные ковшиком. Затем поставила сосуд на пол и накрыла его руки своими.

Анри не сдержал своего обещания.

Все последние дни Клементина проводила свое собственное расследование, расспрашивая работников отеля и пытаясь узнать у них как можно больше.

Анри уверял ее, что старается помогать, но вместо этого проводил время в своей комнате, глядя в потолок, пока его грызло чувство вины.

– Думаю, здешнее волшебство порочно, – сказала она как-то после ужина. Они гуляли вокруг фонтанов, бьющих перед фасадом отеля, где их не могли слышать гости, которые танцевали в центральной части двора. Погода за один вечер проделала путь из зимы в лето.

– Как это – порочно?

Она придвинулась к нему и перешла на шепот:

– Сегодня я поговорила с Эдрианом. Он один из здешних творцов иллюзий. Ты с ним знаком? – Анри покачал головой. – Сперва он не хотел мне ничего говорить, но я ему немного польстила, и в конце концов он выложил мне все. По его словам, этот отель построен над сетью горячих ключей, и волшебство исходит от их воды.

– Но почему ты решила, что это делает его порочным?

Она взмахнула рукой:

– Не это. Но когда-то в древности здесь находился храм. Его построили здесь из-за присущего этому месту волшебства. Эдриан сказал, что тогда возле храма протекала речка – она текла с гор через сеть горячих ключей и дальше, в долину. И, когда весной снег в горах начинал таять, эта речка разливалась по всему городу, и волшебство было повсюду. В течение нескольких недель все в Белль-Фонтейне могли пользоваться им. Жители устраивали грандиозный праздник и состязания, для победы в которых надо было создать самые впечатляющие иллюзии. Эти несколько недель назывались Днями Чудес. Потрясающе, правда?

Щеки Клементины разрумянились, дыхание стало частым. В ее глазах блестело отражение огней, которыми были подсвечены фонтаны. Анри не знал, что сказать, но это было неважно, поскольку она продолжала тараторить, не ожидая его ответа.

– Эдриан сказал, что после Дней Чудес волшебство мало-помалу испарялось, чтобы выпасть в виде снега или дождя, после чего цикл повторялся. Но теперь оно заперто, его кругооборот прекратился.

– Похоже, этот Эдриан знает все. – В голосе Анри прозвучала горечь, которой он не смог скрыть.

Клементина остановилась:

– Ты что, завидуешь?

– Нет, – сказал он, почувствовав себя задетым. И так оно и было, он не завидовал. Во всяком случае, не в том смысле, который в это слово вкладывала она. Но не мог не жалеть о том, что не он помог ей получить ответы. Он дал ей слово, а потом просто избегал ее, как какой-нибудь трус. Его обжег стыд.

– Я тебе не верю.

– Просто мне жаль, что я не сделал больше, чтобы помочь тебе.

– Не беспокойся, – сказала она, – дел еще остается невпроворот. И ты прав… Эдриан и правда мнит, будто он знает все, и он просто невыносим.

Они оба рассмеялись.

– Ну, если он и всезнайка, то полезный, – заметил Анри. – А он объяснил, почему Дни Чудес ушли в прошлое?

Если они вообще когда-либо существовали.

Анри не очень-то верил этому рассказу – ведь будь это правдой, он наверняка услышал бы об этом куда раньше, – но ему не хотелось высказывать сомнение теперь, когда Клементина была так воодушевлена.

– Потому что кто-то купил эту землю, построил на речке плотину и возвел на вершине холма этот отель, заперев все волшебство под его фундаментом. И прибрал к рукам всю волшебную силу, которая прежде принадлежала всем. Но это еще не самое худшее. Эдриан сказал, что, когда волшебство могло испаряться в воздух, оно возобновлялось само собой – поскольку его подпитывала радость множества людей, создающих иллюзии. Но поскольку его кругооборот прекратился, владельцам отеля пришлось искать другой способ пополнять его, чтобы оно не иссякло. И знаешь, как они это делают?

Анри покачал головой.

– Они питают его воспоминаниями.

Анри невольно рассмеялся. Этот Эдриан рассказал ей нелепую сказку. Но тут он увидел ее реакцию, и у него упало сердце. На ее щеках вспыхнули ярко-красные пятна, нижняя губа дрожала.

– По-твоему, это смешно?

– Нет, конечно, нет. Просто это… – Он поддел носком ботинка камешек, и тот полетел прочь. – Просто эта история кажется мне неправдоподобной.

– Может, у тебя есть лучшее объяснение того, что творится с моим отцом?

– Нет. Я просто…

– Потому что Эдриану я ничего не говорила о нем, однако то, что он мне рассказал, прекрасно объясняет, почему мой отец не помнит, как мы с ним обсуждали мой день рождения. И почему он немного меняется после каждого нашего визита сюда. Потому что кто-то лишает его воспоминаний. А ты ведешь себя так, будто тебе все равно.

Она повернулась к Анри спиной и пошла прочь. Анри побежал за ней, взял ее руку в свою.

– Клементина, подожди.

Она повернулась, но выражение ее лица оставалось настороженным.

– Мне не все равно, – тихо сказал Анри.

Она смерила его взглядом:

– Тогда докажи это.

– Да, я докажу. На сей раз я помогу тебе найти ответы.

– Хорошо. Потому что, если все это правда, мы должны что-то сделать.

– Например, что?

– Мы должны найти способ уничтожить «Сплендор». Пообещай, что ты поможешь мне.

– Я обещаю.

И на сей раз это было обещание, которое он собирался сдержать.

Анри вернул воспоминание в сосуд. Как же здесь душно. По его затылку стекал пот.

Джульетта смотрела на него, и в ее глазах читался вопрос.

– Это правда? Здешнее волшебство в самом деле работает таким образом?

В его животе разверзлась пустота. Он думал о своих разговорах со Стеллой.

– Что-то из этого правда. Я знал, что отель построен на месте, где когда-то стоял древний храм, но остальная часть этого рассказа… не знаю.

Из слов Стеллы никогда не следовало, что здешнее волшебство порочно. Он попытался вспомнить их последний разговор на эту тему:

– Волшебство могло процветать, только когда источники получали пищу.

– Какую пищу?

– Переживания людей.

Что, если, говоря о переживаниях людей, она имела в виду их воспоминания? Стелла сформулировала свой ответ так, что можно было подумать, будто волшебство подпитывается просто благодаря тому, что отель полон гостей, но что, если Клементина была права? Что, если они забирают у гостей воспоминания, чтобы питать ими источники в крипте?

Что же он натворил?

Глава двадцать пять. Джульетта

Глава двадцать пять. Джульетта

– Анри? – Джульетта позвала его уже в третий раз. Она положила руку на его колено, и он вздрогнул. Затем поднял взгляд, и выражение лица у него было такое, словно он увидел привидение.

– Может, тебе нужна передышка? – спросила она.

– Нет, я в порядке. – Он ответил на этот вопрос так же, как и на все остальные – с отсутствующим взглядом, как будто его мысли были в этот момент где-то далеко.

Она перекинула свои волосы со спины на плечо, жалея, что они не могут открыть оконце, чтобы впустить сюда ветерок. От жары и духоты ее одежда прилипла к телу.

– Тогда продолжим?

Анри кивнул и взял рубиново-красный кувшин с темно-сапфировыми ручками. На сей раз он сам вынул пробку и вылил воспоминание в подставленные ладони Джульетты.

Когда Анри увидел Клементину в следующий раз, она бежала.

Он сидел на ступеньке лестницы заднего крыльца отеля, и камень холодил его бедра. Он вспоминал их разговор и пытался придумать, как добыть для нее те сведения, которые были ей нужны. А затем поднял глаза и увидел, что она бежит к нему по широкой лужайке.

Поднявшись, он поспешил ей навстречу.

– Что случилось?

– Я только что говорила с Эдрианом, – выпалила она, и голос ее звучал пронзительно и возбужденно. – И он сказал, что владельцы этого отеля обучают тебя творить волшебство.

Сердце Анри словно сжали в кулаке. Он не хотел, чтобы она узнала об этом вот так.

– Это правда? – спросила она. – Ты помогаешь им?

Правда застряла у него в горле. Ему было не по себе от того, как она смотрела на него.

– Это правда, да? – Каждое ее слово было как удар ножом.

– Да.

– Значит, вот почему ты вчера посмеялся надо мной. Потому что знал, что я права и ты так же виноват во всем этом, как и они.

– Нет! Ни в чем я не виноват. Я засмеялся, потому что знал, что ты ошибаешься, что все совсем не так.

Ее глаза наполнялись слезами, и она медленно пятилась от него.

– Я думала, мы друзья. Но, видимо, это не так. Я не хочу тебя видеть.

– Клементина, подожди.

Но она не стала ждать. Взбежав по ступенькам, она скрылась в отеле. Нет, он не может ее потерять. Он должен узнать те ответы, которые она пытается найти, и тогда он скажет ей правду. Обо всем.

Анри бросился бежать, и бежал, не останавливаясь, пока не поднялся в пентхаус. Постучав, он не стал ждать, когда ему откроют, а распахнул дверь и ворвался внутрь.

Из-за угла вышла Стелла, держа в руках пыльную тряпку и стеклянный сосуд.

– Анри? Что ты делаешь тут?

– Это правда, что ты питаешь горячие ключи под отелем воспоминаниями гостей?

Стелла спокойно положила тряпку и поставила сосуд на стол.

– Кто тебе это сказал?

– Клементина.