Все во мне задрожало. Хуаюэ обязан был понимать, что моя боль была столь затяжной и что даже такой грандиозный целитель – к своему пущему сожалению – не мог придумать ничего, чтобы одолеть ее. Знатный парадокс. Врачи же существуют для того, чтобы больных лишать боли. Но как только боль исчезает, существование врачей утрачивает всякую ценность. И что же вы прикажете делать в таких обстоятельствах доктору? Или здесь просто нет выбора? И эта операция была актом самосохранения для врача? Если никому не дано себя спасти, то не распространяется ли это и на врачей?

Я подумал, что боль врачей схожа с болью пациентов. Однако у эскулапов боль куда более ядреная. Ведь им надо перед больными отстаивать престиж и авторитет медицинской науки. А потому докторам приходится скрепя сердце сносить мучения, не позволяя даже крайним их проявлениям извергаться наружу. Взаимное лечение врачей и пациентов, вероятно, призвано умерить эту немыслимо глубинную боль. Но откуда берется боль у целителей? Ощутим ли был и для Хуаюэ дамоклов меч, нависший над макушкой больницы?

Страшные мысли. Врачи не могли даже самих себя избавить от мучений, что не мешало им рекламировать предстоящую операцию как сверхбезопасную и качественную. Этими речами они хотели скрыть собственную неполноценность. И если они ко всему прочему действительно бессмертны, то сколь же горестно их существование! С какой стати я должен ложиться им под нож?

Но ясно высказать все эти соображения я не мог. Я не осмеливался сказать, что у меня в теле скрывался Дух.

– У меня совсем не осталось денег! – наконец возопил я так, будто желая отогнать от себя врачей. Крайний ультиматум, последний козырь в моей колоде.

Врачи-стажеры и врачи-практиканты на мгновение замерли. Затем все окружили Хуаюэ и посовещались между собой. Старший врач даже достал калькулятор и принялся что-то подсчитывать.

– Мы все проверили. Медстраховка у вас еще действует, а на счету остались деньги. Расходы за лекарства, которые вы покупали на собственные средства, вам возместят по месту работы. В самом крайнем случае больница с радостью выдаст вам кредит. Вы же больной особой важности, так что и проценты мы с вас возьмем не такие уж высокие. Не беспокойтесь, мы не дадим вам загнуться. – Доктор проговорил это с торжественной любезностью, даже не заикаясь о заветном красном конвертике.

Хуаюэ, покачав головой, сообщил врачам-стажерам и врачам-практикантам:

– Пациент все еще страдает иллюзиями. – Молодые врачи переглянулись с понимающими улыбками. Камень со своей души они сбросили.