Я усмехнулся.
– Как тебе такая мысль: я выключаю тебя, забираю матрицу и бегу вниз на станцию?
– Недостаток элегантности скомпенсирован целой тонной ничем не подкрепленного оптимизма. Давай так и сделаем.
Я подошел к матрице и поставил палец на кнопку питания и помедлил.
– Бендер… Если все накроется, знай: я рад, что нашел тебя.
– Я тоже, дружище. Увидимся в следующей жизни.
Я нажал кнопку, и Бендер отключился. Защелки мягко раскрылись, и я засунул его матрицу под мышку.
Матрица репликанта, даже ее первая версия, созданная на Земле, не была просто клубком голых проводов и схем. Она находилась внутри чего-то похожего на корпус, и даже у соединительной шины была крышка. Но если засунуть ее в рюкзак – как жесткий диск в старые добрые времена – а потом бить этим рюкзаком по стенам и бросать его на пол, то с ней, как и с диском, могут возникнуть проблемы. Так что нет, носить ее в рюкзаке мы не будем.
Данная версия матрицы представляла собой куб с гранями, равными около двадцати сантиметров. Она не очень громоздкая, но довольно тяжелая; человеку или квинланцу придется нести ее обеими руками.
Почувствовав прилив необоснованного оптимизма, я взял куб поудобнее, повернул за угол и… наткнулся на квинланца.
Невероятно. Этот придурок, должно быть, покинул «зал заседаний» сразу после «паука», который вел наблюдение. Почему он здесь? Может, он собирался о чем-то поговорить с Бендером?
Мы застыли на месте и целую вечность таращились друг на друга. А как только взгляд квинланца упал на матрицу, я врезал ему под дых.
«Это уже входит у меня в привычку», – подумал я. Охнув, квинланец медленно осел на пол, пытаясь сделать вдох. Слава вселенной, которая обеспечила нашим видам схожую физиологию: по крайней мере, сейчас он не мог завопить, предупреждая других об опасности.
Вдруг откуда-то издали раздался голос:
– Мэттью? У тебя там все нормально?
Ох, да что ж такое. Второго я не смогу… пушка! У меня есть пушка с флешеттами. Я вытащил ее из бокового кармана рюкзака, навел на второго квинланца, который только что появился в поле зрения, и уложил его одним выстрелом. Затем я прицелился в свою первую жертву – надеюсь, выстрел в упор не создаст ей проблем – и всадил флешетту в задницу квинланца. Удивительно, но он сумел вдохнуть ровно столько воздуха, сколько нужно, чтобы завопить от боли – и, скорее всего, от обиды.
– Мэттью? Джефф? Что…
Ёлы-палы! Похоже, я просто вывел их из себя. Пора валить. К счастью, они не преграждали мне путь к лестнице, но, чтобы добраться до нее, я должен был показаться им на глаза. Когда я снова повернул за угол и помчался по коридору, за спиной у меня раздались встревоженные крики.