Я не успел отреагировать, и в меня воткнулись две флешетты. Прямо передо мной стояли два квинланца с пушками в руках; их глаза медленно раскрывались – квинланцы поняли, что я приближаюсь слишком быстро и что я не замедляюсь. На тот момент я уже практически довел до совершенства маневр «сбить и затоптать», так что даже не сбился с ритма. По пути я заметил, что к рюкзаку второго квинланца пришита петля, на которой висит карта-пропуск. Я быстро дернул за петлю, и она оторвалась.

Скорее всего, он заметит и доложит начальству о пропаже карты, но сейчас я просто хотел отвлечь внимание. У меня все еще была карта Наташи, и они, скорее всего, еще этого не поняли.

На верхней лестничной площадке я остановился и изменил черты лица, чтобы стать похожим на владельца карты – по крайней мере, настолько, насколько мог сделать это без селфи. Затем я открыл дверь. За ней стояли три квинланца, вооруженные пистолетами.

– Что случилось, Рик? – спросил один из них.

Я согнулся, уперся руками в колени и сделал вид, что пытаюсь отдышаться.

– Он попался… Нужна помощь… Он слишком силен…

Я махнул в сторону лестницы, по-прежнему не поднимая головы, чтобы они не могли разглядеть мое лицо.

Похоже, актер я неплохой, ведь трое квинланцев сразу двинулись к лестнице. Как только они скрылись из виду, я вышел из здания через черный ход.

Хорошая новость: я оторвался от преследователей. Плохая новость: я застрял в Конце Халепа. Агенты, очевидно, следят за станциями и, вероятно, будут их охранять. Правда, станций четыреста миллионов, и квинланцы, конечно, не могут наблюдать за каждой, но им это и не нужно. Если я не могу ехать на поезде, то мои варианты ограниченны – идти пешком или плыть по реке. Более того, последний вариант исключается, ведь я не хочу, чтобы Бендер намок. Ткань рюкзака и так уже сильно натянулась под весом куба; один лопнувший шов – и матрице конец.

Я мог бы сесть на корабль, но пассажирских перевозок как таковых у квинланцев не было: ты платил за место на палубе грузового корабля и ловил рыбу, чтобы прокормиться во время поездки. Рано или поздно кто-то заметит, что я не ныряю в воду, и ко мне возникнут вопросы.

Кроме того, они, скорее всего, выпустят ориентировку: разыскивается квинланец с большим тяжелым рюкзаком.

Нельзя просто реагировать на события, надо составить какой-нибудь план. Я нашел поле, забрел в высокую траву и плюхнулся на землю. Немного поерзав, я создал себе уютное гнездышко вдали от любопытных глаз и решил, что нужно кое-кому позвонить.

– Эй, Хью.

– Привет, Боб. Как дела?