Проблемы человеческой природы возможно было бы изменить только через посредство человеческой природы, но такого решения не существует. А вот проблемы отдельного человека можно решить, если помочь этому человеку. Если есть конкретная несправедливость, можно противостоять этой несправедливости. Вот и всё, что мы можем сделать. Больше ничего.

Даже в самом идеальном обществе будут дети, умирающие от несправедливости. Все людские старания способны только уменьшить, вычесть, как в арифметике, что-то из бесконечных страданий мира».

Анка шагал быстро и спокойно. Он совершенно не нервничал, хотя и был озабочен происходящим. Нервничать было ни к чему. Он привык сосредотачиваться на подробностях происходящего и прогонять от себя панику. Его беспокоил цвет неба. Розовые краски потемнели, а это означало, что ветер усиливается. Надвигалась пыльная буря. Она была еще далеко, но в любой момент могла набрать скорость. А ему нужно было закончить дело до прихода бури.

На летном поле не было никого. Никому в голову не пришло вылетать при такой погоде. Анка подошел к своему истребителю и открыл колпак кокпита. Вокруг стояли другие боевые машины, походившие на стаю белых акул, нежащихся на поверхности моря. На бортах каждого истребителя, ниже кокпита, красовались языки пламени, похожие на акульи зубы. На безмолвном летном поле, казалось, дремлет какое-то особое сознание и дышит во сне. После суеты подготовки к военному параду и интенсивного обучения в последние дни свирепый зверь спал.