Ганс прекрасно знал, что Галиман не слышит ни слова, но ему хотелось рассказать старому другу обо всём. Он прекрасно понимал, что сейчас перед ним не тот молодой человек, с которым он был когда-то знаком, не лев в расцвете сил, а беспомощный старик, спящий сном младенца. Острые когти затупились, вчерашние дни растаяли.
Светлый фон
Ты всегда был слишком горделив. Именно из-за твоей гордыни твои враги ненавидят тебя, именно из-за нее тебя любят твои друзья. Ты слишком горд – и ты никогда не хвастался своими достижениями. Ты считаешь это ниже своего достоинства. Ты никогда не упоминаешь о своем вкладе в дело республики, ты позволяешь другим говорить что угодно о твоих постройках – даже тогда, когда их считают какими-то мелочами, чем-то таким, о чем и упоминать не стоит. И только я знаю, как дорого тебе всё то, что ты сделал. Ну, почему ты не отвернешься от своей гордыни и не признаешь это? Ведь ты же влюблен в свою технологию, в свои творения, ты настолько им предан, что тебе приносит жуткую боль любая критика любой мелочи. Даже в те выходные, когда болезнь в итоге приковала тебя к постели, ты изучал теплопроводность материалов на основе кремния, чтобы внести улучшения в конструкцию стеклянных жилищ. Почему ты не можешь сказать об этом всем? Нет ничего стыдного в том, чтобы заботиться о своих творениях. Не будь ты таким гордецом, быть может, тогда те, кто тебя не понимает, не видели бы в тебе старика, задравшего нос и живущего былой славой. И кто-то захотел бы помочь тебе сделать наше будущее более прекрасным.