– Я должен пойти с вами, старшая сестра.

– Нет.

– Приказ Бао.

Мысленно выругавшись, Линь провела рукой по волосам.

Развернувшись, она двинулась по коридору, бросив через плечо:

– Пошли!

Глава 40

Глава 40

Линь ехала на глиммер-мопеде Брата Москита. Тот кое-как устроился за ней.

В конце Старого Квартала их ждал китайский блокпост. Суровые солдаты проверили по сетчатке обоих. Линь нисколько не беспокоилась. Их документы, разрешающие перемещаться по Ханою, были в полном порядке – об этом позаботился толстый офицер Чжу, приятель Бао. Тем не менее солдаты на блокпосту тянули время, показывая, кто здесь главный. Взвод из двадцати человек, рассыпанных за мешками с песком, – уличные декорации войны. Бронежилеты, каски, автоматическое оружие, видеокамеры на теле, связанные с наблюдательными дронами над головой. Часовым стоял на блокпосту бронетранспортер, держа под прицелом башенного крупнокалиберного пулемета всех приближающихся. Пуля из такого пулемета проделает входное отверстие размером с кулак, а на выходе вырвет клок размером с баскетбольный мяч.

После того как Линь и Брат Москит преодолели блокпост, мир вокруг преобразился. Дороги стали шире, заполненные уже не мопедами, а машинами. Глиммер-карами, машинами на водородном топливе, электромобилями «Тесла-Синопек», сверкающими, изящными, новыми. За пределами Старого Квартала весь транспорт строго соблюдал правила дорожного движения. Останавливался на красный свет, включал поворотники при перестроении, не сигналил клаксонами – всей этой ерунды на тридцати шести улицах не было и в помине. Комендантский час был отменен еще в прошлом году, однако для того, чтобы заведению получить разрешение работать после полуночи, нужно было дать солидную взятку, поэтому улицы были освещены лишь наполовину.

Линь соблюдала правила, не превышала скорость и не привлекала к себе внимания, просто ехала спокойно, наслаждаясь ночным воздухом, освежающим лицо. Брат Москит крепко держал ее за пояс.

По обеим сторонам высились небоскребы, сияя россыпями все еще горящих огней. Свежие и чистые, прямые линии сверкающих стекла и стали. Чистый воздух, ни смрада продовольственных ларьков, ни выхлопов биодизеля, ни переполненных сточных труб. Они проехали под приподнятым автобусом, широко расставившим на шоссе свои длинные ноги, словно летучая лисица, шестнадцать колес в колеях по обеим сторонам проезжей части, периодически останавливающимся, чтобы посадить и высадить пассажиров на высокие платформы, в то время как под ним сплошным потоком продолжал двигаться остальной транспорт.