— Да погоди ты, — Васян хлопнул его по плечу. Несмотря на дружелюбность жеста, Михась как-то сразу ощутил, что стряхнуть его руку окажется ох как непросто. — Только встретились давние, можно сказать, знакомые, еще и поговорить за жисть толком не успели, а он уже – пойду, пойду! Давай, не журись, я тут недалеко местечко знаю…

Не обращая внимания на робкие протесты Михася, Васян повлек его с собой. К некоторому облегчению Михася угрюмые амбалы за ними не последовали, неслышно растворившись в сгущающихся сумерках.

— А я иду с ребятами из пивнушки, — на ходу трепался Васян, — и смотрю – знакомая личность мимо шкандыбает. Дай, думаю, разыграю малость, адреналин, говорят, для здоровья полезен. Ну, заскочили мы в подворотню да и встретили тебя! — Васян опять заржал. — Эх, посмотрел бы ты на себя со стороны! В штаны, небось, чуть не наложил?

Он кинул в сторону Михася неожиданно острый взгляд, и тут же сменил тон.

— Да ладно, не хмурься, дурак я, согласен, ну уж каким уродился. Сейчас вот тяпнем пивка по паре, и все станет нормалек. А, точно, ты же у нас не пьешь. Что, совсем не пьешь? Что, и пиво не пьешь? Ах, пиво можешь? Ну, тогда все путем. Тут рядом классное местечко есть, сейчас мы туда завалимся, тяпнем пивка, и все станет зашибись. Жена-то не потеряет? Ну да ничо, потеряет – потом найдет, не все же у жены под каблуком ходить. Вот моя стерва… пока вместе жили… бывалыча, явишься часа в два ночи, на рогах приползешь, а она тебя уже со скалкой встречает. Где, вопит, зарплата, ирод ты окаянный? Да все в ажуре, Зинка, ей гришь, все здесь, в кармане… а в кармане дырка, а в дырке кукиш, и она давай тебя скалкой охаживать! А ты терпишь, терпишь – да и то, рука-то у нее женская, слабая, можно и потерпеть, не жалко – а потом надоест тебе все, ты скалку хвать у нее из рук, да в угол, а ей – фингал под глаз, штоб не рыпалась, а она в тебя тарелками как начнет швырять… Эх, золотое было времечко, было да сплыло, прошло, улетело, а больше и не вернется, а пива хорошего и не найдешь, но если места знать да быстро бегать, то все сразу пучком, да вот мы и пришли.

Несколько ошарашенный словоизвержением Васяна, Михась с удивлением уставился на неказистый деревянный домик, из-за неплотно закрытых дверей которого изредка прорывались неразборчивые выкрики. Здесь он оказался впервые. Васян втащил его на перекошенное деревянное крыльцо и решительно дернул дверь. В лицо ударило спертым воздухом, в котором перемешивались запахи пива, несвежей мочи и чего-то непонятно-острого, от которого Михасю неожиданно зверски захотелось есть. Он с тоской пощупал кошелек в кармане, безуспешно пытаясь вспомнить, осталось ли что от его жалкой наличности после обеда в институтской столовой. Он уже открыл рот, чтобы сообщить о своем безденежье Васяну, но тот ловко втолкнул его внутрь.