Бронированная кавалерия стала медленно спускаться с холма, и вскоре последовала вторая команда:

  - Рысью!

  Понукаемые седоками кони ускорились, а рыцари опустили копья. Промерзшая земля задрожала от топота множества копыт и венеды, которые рубили растерявшуюся пехоту из швабских мечников и копьеносцев, приближались, хотя вели себя странно, поскольку не обращали на рыцарей никакого внимания. Видимость была плохая, и врагов можно было разглядеть только по отсветам факелов, которые были у германских воинов первой линии. Холмы, на которых решили остановиться католики, были не обследованы, а венедов оказалось не меньше, чем рыцарей. Но это никого не смущало. Крестоносцы стали издавать бодрые боевые кличи, и впереди них, рядом с герцогом Генрихом был Седрик, коему кровь ударила в голову и он отдался азарту битвы. Прошедший через множество схваток и приключений паладин был без копья и сжимал в правой руке меч. Через небольшой промежуток времени он должен был встретиться со своим обидчиком и Зальх считал, что распластает любого противника, который посмеет ему противостоять. Холодный ветер бил в лицо германца и он, так же как тамплиеры и рыцари герцога, верил в свою несокрушимость и непобедимость. Однако в этот момент произошла неприятность.

  Передние кони резко споткнулись и стали падать. На пути рыцарей оказалась прикрытая ветками широкая траншея, которую нельзя было разглядеть под снегом, и атака Воинов Господа сорвалась. Дорогостоящие кони ломали ноги и ржали от боли, а вбитые на дне ямы острые колья пробивали и вспарывали их животы. Рыцари сворачивали себе шеи, а на тех, кто уцелел, сверху валились кони и закованные в доспехи товарищи. Стоны и крики вплелись в плач жеребцов, но никто в этот звуковой концерт боли не вслушивался, ибо битва, словно штормовая волна, накатывалась на крестоносцев.

  Язычники, которые наверняка знали, где была ловушка для рыцарской конницы, стали обходить канаву с двух сторон и брать свалку из рыцарей в клещи, и Седрику фон Зальху, которому опять повезло и он уцелел, было понятно, что венеды их переиграли. Однако он не терзал себя, а решил сражаться дальше, ведь не все рыцари погибли и далеко не все успели набрать разгон, а потому сумели остановить своих верховых животных. Значит, шанс выполнить приказ Бернарда Клервоского еще имелся и, схватив выпавшее из чьей-то руки тяжелое длинное копье, паладин оперся на древко. Далее он с трудом встал на ноги, унял рвотные позывы и встряхнул головой, в которой стоял постоянный шум, а потом отбежал на чистое место и прокричал: