— Так он меня не слышит?..

Потому так и застыла с открытым ртом.

— А все-таки? — продолжил граф, обняв повторно. Правда, вторая рука целомудренно переместилась на талию, будто меня просто придерживают для устойчивости.

— Граф, я это не вам…

— Вот как? Граф, да? Еще и на вы? — грустно проронил он, а у меня внутри все перевернулось. Но Джинисса вновь встряла в разговор: — Вот именно! Давно пора понять — вы не пара, и оставить моего брата в покое…

— Да как ты не поймешь, не оставлю я его, потому… потому что, возможно, у нас чувства! — попыталась убедить ее со вздохом. И вообще, что на меня нашло? Ведь изначально не собиралась ни влюбляться, ни отношения заводить…

— Кто он? — даже не грустно, а как-то обиженно уточнил Ионас между тем. Показалось ли, но в его глазах на долю секунды отразилась странная эмоция, собственническая, что ли? Правда, утверждать не возьмусь. Сама до конца не поняла, что это было.

— Это… — начала было отвечать, но не успела ничего добавить, как Кохт вновь склонился ко мне с поцелуем, в этот раз требовательным, дразнящим и… бешеным, сносящим все преграды в один миг. Наклонившись в мою сторону, атакуя мой рот своим языком, Кохт даже сам не заметил, как мы начали падать. Однако вовремя спохватившись, заставил нас застыть в полете.

Повезло, конечно, иначе не скажешь, до земли оставались считанные дюймы. А Ионас, разомкнув наши уста, и вовсе рявкнул:

— Я никому тебя не отдам! Никому и никогда! Даже не мечтай… — Последняя его фраза звучала более сдержано.

— Слышала, да? — злорадно улыбнулась я, выглядывая из-под упавших на мое лицо волос алхимиста, выбившихся из хвостика.

— Нет! — воскликнула эта вредина. А переместившись вниз к нам, обиженно прибавила: — Да чтобы вы упали, и он тебя раздавил!

Я же в ответ лишь хохотнула и фыркнула ртом, стараясь справиться с отчаянным желанием чихнуть. Носу щекотно. Потому еще и головой замотала.

— Рияна? — подал голос Кохт встревоженно. — С тобой все хорошо?

— А-а-апчхи! — не удержалась я. Вышло громко и даже как-то некультурно. Но что я могла? Руки скованы. Вишу тут в воздухе, обездвиженная. А его сестра, естественно, не преминула уколоть:

— Фу, как неприлично!

— Выйдешь за меня? — одновременно с ней спросил брат Джиниссы.

И пока граф задавал, наверное, самый главный вопрос в жизни, я же отвечала его сестре:

— Да, конечно, а как иначе? Я же не леди. — Сама не заметила, как сильно подставилась.

— Это не беда… — заверил меня обрадованный Ионас.