Я знала лишь одно. Грифельная волчица тоскует, так сильно, что иногда, проснувшись ночью, я обнаруживала, что вся в слезах. Только слезы не мои были.

Ее.

Ей было сложнее. Тогда, год назад, она спряталась, оставив меня наедине с болью, а теперь захлебывалась ей. А я… я стала сильнее. Прошлые события меня закалили, и я даже не заметила, как это произошло.

Я с надеждой смотрела в будущее, а она без своей пары ходила с ума. Давилась безысходностью.

Так странно воспринимать ее эмоции чужими.

И снова отчаянные попытки обернуться, и опять не даю этого сделать. Не доверяю. Боже, как глупо это звучит. Не доверяю самой себе, своей второй сущности. Тем не менее это так. Мне не нравились те эмоции, что в ней бурлили. Злость, ярость, желание отомстить, неважно кому — хоть альфе Черных Тополей, хоть проходящему мимо человеку.

Я старательно держала ее под контролем, боясь, что она причинит кому-нибудь вред, или решит уйти в лес насовсем.

Мне все еще казалось, что мы сможем это преодолеть, надо просто перетерпеть. Собрать волю в кулак и терпеть, как бы хреново ни было.

И я терпела. Стойко, самозабвенно. День за днем. И мне казалось, что она успокоилась, пришла в себя. Но это было не так. Волчица просто сдалась. Отступила, не видя смысла идти дальше, забилась в угол, превратилась в тень самой себя.

Поняла я это не сразу, лишь перед Новым Годом, когда меня пригласил на праздник один из местных жителей. Мужчина лет сорока, грубоватый, не со зла, а потому что жизнь такая, работа такая. Он давно за мной ходил, по поводу и без наведываясь в магазин, где я работала. Приносил шоколадки, дарил безделушки, от которых я пыталась отказаться. В общем, ухаживал, как умел, несмотря на то, что предельно честно и категорично сказала ему «нет».

Волчица каждый паз лютовала, стоило ему только оказаться поблизости. А тут раз — и тишина, полный штиль. Она никак не отреагировала на его приглашения, а я здорово напряглась. Выпроводила горе-кавалера, соврав, что уже есть планы на новогоднюю ночь, и к своему внутреннему миру обратилась.

Волчица безвольно в комочек свернулась, не проявляя ни к чему интереса. Я пыталась ее растормошить. Злила мыслями о Руслане, вспоминала Вика, делала все, чтобы она очнулась. Только результата ноль.

Даже когда ушла в заснеженный лес — ничего не изменилось.

— Выходи, — попросила ее. В ответ снова тишина.

Попробовала обернуться… и не смогла. Волчья суть исчезала, растворялась. Не как в прошлый раз, когда резко исчезла, спряталась, оставив меня наедине с проблемами. Иначе. Я чувствовала, как она угасает, умирает.