Смотрел, как бешено пульсировала жила у него на шее, и уже представлял, как раздираю ее в клочья, и он подыхает, залив все вокруг своей поганой кровью. Волк в нетерпении заметался внутри, недоумевая, почему не бросаюсь, не уничтожаю соперника, укравшего у меня самое дорогое.

— Мне все равно! — рычит в ответ.

Я чувствовал, как его ломало. Чувствовал гремучую смесь, что бушевала у него в крови: желание свалить, отступить перед сильнейшим, злость, ненависть и отчаяние. Наверное, именно оно, так явно улавливаемое в его взгляде, и вынудило меня спросить:

— Что тебе нужно?

— Делай со мной что хочешь, — шумно выдохнул через нос, — ответь только на один вопрос.

— Валяй, — выплюнул пренебрежительно, подойдя нему вплотную.

Вик нервно сглотнул, а потом хрипло срывающимся голосом спросил:

— Что ты с ней сделал?

— С кем? — мне эти загадки нахер не упали, я злился еще сильнее.

— Я не чувствую ее в этом доме. Где она? — смотрел на меня своими холодными голубыми глазами, в которых застыла тщательно скрываемая тревога, — ты… ты ее убил?

И тут до меня дошло, о ком он говорил. О Тане!

— Что за бред ты несешь?

— Где она? Я хочу ее видеть! — потребовал он, и не думая отступать.

— Это ты у меня спрашиваешь?! — взвился, толкнув его в плечи так, что Виктор отлетел к окну, но на ногах удержался, взгляда не отвел.

— А у кого еще спрашивать?! — он тоже перешел на повышенные тона. — Бекетов, что ты с ней сделал?

Что я с ней сделал?! Отдал этому голубоглазому м*даку, отступил в сторону, дав право быть счастливой без меня. Вот только какого черта он стоит напротив и задает идиотские вопросы? Замер настороженно, ловя каждое движения врага, пытаясь понять его эмоции. Что-то не так, что-то случилось.

— Не понимаю, о чем ты!

— Я хочу видеть Татьяну!

Он сейчас, бл*ть, серьезно, что ли? Я даже охр*нел от такого поворота.

— У меня ее нет.