– Да не делай ты такую физиономию, – проворчала Киара, будто прочитав его мысли. – Коммандеры найдут, на что сослаться. Либо продолжат педалировать сказочку про охранника, либо вспомнят про артефактное право. Книжонка-то твоя у нас в участке, и мы всегда можем сказать – мол, раритет стоимостью в полмешка золота, дышать и трогать можно в присутствии хозяина. Будет тебе допуск, короче. Погоди, пока Гейба повяжем.
«Да, только для этого придется позволить Гейбу попытку убийства».
План, задуманный Киарой, ему откровенно не нравился. Как и любой другой, где та могла пострадать. То, что она, на минуточку, боевой некромант и сотрудница имперской полиции, априори подвергающая себя опасности по семь раз на дню, совершенно ничего не значило.
– Чем займешься? – поинтересовалась Киара уже в дверях, полностью собравшаяся и принявшая образ суровой некромантки.
– Навещу родные пенаты, придушу наконец папеньку и заберу свою часть наследства, – перечислил Марк с насмешкой, загибая пальцы. – Ну, и стащу у Данки пару-тройку пирогов. Как тебе план?
Судя по ухмылке и поцелую, которыми его одарили, план пришелся Киаре по душе. Часть с удушением Альфарда – в особенности; жаль, что ее придется пропустить.
Идея навестить Данку пришла еще вчера вечером, заставив устыдиться – со старой кухаркой в последний раз он виделся очень давно. Даже на похоронах не удалось перекинуться с ней и словом, да и не до того было.
Генри ожидаемо не пришел в восторг – видимо, и впрямь устал от него, от прогулок и прочих проявлений активной жизни, а потому посмотрел осуждающе и в знак протеста развалился во весь диван.
– Бездна, Генри, ты напоминаешь мне Энобуса, – проворчал Марк, косясь на обнаглевшего пса.
Тот на его недовольство никак не отреагировал.
⁂
Мутное, липкое и до жути знакомое ощущение холодом окатило спину, стоило свернуть в Соловьиные сады. Подобное Марк уже испытывал – там, за городскими стенами, когда они повстречались с личем. Он остановился, чтобы осмотреться; весь подобрался, сжал в руке амулет связи и позвал Киару: если Элрисса и впрямь где-то поблизости, ей стоит об этом знать. Трусом Марк себя не чувствовал – противостоять личу в одиночку он точно не способен. Как бы ни был велик его резерв и уровень силы, не стоило недооценивать извращенный, но острый ум твари.
Ощущение ушло так же резко, как и появилось, оставив после себя мерзкое послевкусие и желание хорошенько вымыться. Он успел оглядеть прохожих: простые люди, выгуливающие своих питомцев; влюбленные парочки, женщины с детьми…
А потом пробирающее до костей чувство вернулось с удвоенной силой, отчего Марк вздрогнул –