— Прости. — Опять выдал Арилон, свесив голову. — Если бы я знал!.. Но даже Инквизитор не догадывался о твоём положении.

Да. Лауль зря не поверил Арену.

— И тогда я решил посмотреть, что ты испытываешь к своему супругу. Как он к тебе относится. Кого ты любишь… — И брат внезапно шмыгнул носом. — Прости.

— Успокойся. — Я привстала на цыпочки и дружески поцеловала его в лоб. — Ты никогда не скрывал своего отношения к Инквизитору. Я не виню тебя. Главное, что всё хорошо закончилось.

— Ты права. Уже почти закончилось… — Согласно вздохнул Ари, медленно сползая обратно на пол.

Стоило ему выговориться, высказать всё, что мешало спокойно жить дальше, снять камень с сердца — как алкоголь наконец-то вступил в свои права и завладел телом.

— Пошли, отведу тебя в каюту. — Я дёрнула брата. — Проспишься.

Хотя времени было уже в обрез, совесть не позволяла бросить родственника посреди прохода.

— Нет. — С типичным энтузиазмом пьяного замотал головой Арилон. — Я не хочу спать! Просто подожду тебя здесь…

Настаивать не имело смысла. В одиночку такую тушу мне всё равно было никуда не дотащить… Проще отложить, попросив роботов слегка подсобить на обратном пути. Вряд ли они откажут в такой мелочи.

— А на следующий день я вернулся, чтобы забрать тебя. — Не успела я отойти, встрепенулся брат. — Планировал открыть тебе правду…

Щёки опалила жаркая волна благодарности.

— …и встретил Инквизитора. Не знаю, как он оказался там так быстро — до него только-только должна была дойти информация о вашей свадьбе…

А вот я догадывалась — Лауль летел сдавать свою истинную родину Торгово-Экономическому Союзу.

— …но это вышло очень кстати.

Да, вовремя, нечего сказать. Повезло нам. Жутко предположить, чем бы всё завершилось, лиши он Империю независимости до того рокового свидания… Вероятно, я бы осталась в вечной кабале у Ганса.

От подобных перспектив аж передёрнуло.

Нет! Уж лучше рабское положение на Патриоре!

— Я извинился за свои резкие слова, предложил помощь. — Между тем продолжал изливать душу Ари. — Было очень страшно… Однако я в нём ошибся.

Постепенно речь брата становилась всё менее связной, он отрубался прямо на ходу, но я жадно ловила каждое слово, приоткрывающее завесу над пока ещё неведомым мне прошлым,