— Можете быть спокойны, я уйду, — Пастух вздрогнул от этого звука и неохотно попятился, скалясь, — Не стану вам докучать. Но перед тем, как уйти, позвольте мне сказать…

— Скажите, — вежливо согласился Доктор Генри, — Но на вашем месте я бы убедился, что вам хватит для этого сорока секунд. Потому что за сорок секунд я успею добраться до нее, снять трубку и позвонить в Канцелярию.

Его воля уже поработила плоть Пастуха, но его разум — над его разумом она пока власти не имела. Чудовищным усилием он смог удержать себя в руках, хоть мышцы предплечий и напряглись до треска, словно готовясь к рывку.

— Думаю, мне этого хватит, — произнес он, сверля его зловещим взглядом полупрозрачных глаз, — Запомните это хорошенько, Доктор Генри Слэйд. То, что я скажу вам сейчас, вы еще услышите не раз, сколько бы ни прожили в Новом Бангоре. Эти слова будет твердить вам ваша совесть, но я хочу, чтоб у нее был мой голос. «Альбион» погиб не в ту ночь, когда мы сбежали. По-настоящему он погиб сегодня. Только что. Когда вы предали его членов, обрекли их на гибель, испугавшись за собственную жизнь. Когда предпочли пойти на сделку с Ним, лишь бы продлить свое никчемное существование. Что бы с вами ни случилось и какую бы пытку Он для вас ни приберег, вы не заслуживаете жалости, Доктор. Потому что вы не неудавшийся фокусник, вы — трусливый предатель и навсегда останетесь им в нашей памяти.

Доктор Генри хотел ответить какой-нибудь грубостью, но не успел. Прежде, чем он открыл рот, Пастух ухмыльнулся ему на прощанье, наглухо застегнул плащ, едва сходящийся на его разбухшей фигуре, и выскочил из переулка. Миддлдэк легко поглотил его, как океан поглощает брошенный камень — в течении из безвкусных серых костюмов он растворился без следа, оставив Доктора Генри молча глядеть вслед, бессмысленно сжимая револьвер.

Глава 13

Глава 13

В мире существует много вещей, чья сущность не вполне соответствует их названию и Новый Бангор нередко демонстрировал это самым очевидным образом. К разочарованию Лэйда «Мемфида» тоже относилась к этой категории. Несмотря на поэтическое имя, в ее облике не было ничего от очаровательной морской нимфы, скорее она напоминала грузную морскую корову, сонно привалившуюся боком к пристани и дремлющую на легкой волне.

Да уж, невольно подумал Лэйд, едва ли этому потрепанному океаном корыту когда-нибудь стяжать Голубую ленту Атлантики[227], будет неплохо, если оно, по крайней мере, сможет отвалить от пристани, не оставив на ней половину оснастки…

Ее палубу не помешало бы покрасить, а такелаж хорошенько обновить, многие снасти свисали с него, точно обрывки водорослей. Даже трубы, курившиеся почти невидимым в темноте дымом, по верхнему краю успели обрасти ржавой бахромой. И эта шаланда в самом деле призвана служить вестником между мирами? Эта ржавая кастрюля в силах преодолеть сопротивление всемогущего божества? Черт побери, скорее она затонет, как только поймает первую же волну, уже не говоря о том, какая ужасная качка должна мучить пассажиров в ее пузатом, с малой осадкой, брюхе!