Барон Мельхиор размышлял, не переставая теребить руку Офелии, и ей казалось, что она слышит хруст своих костей.

– Вы действительно отказались от женитьбы?

– Да, и от чтения Книги тоже. Ведь вы этого и хотели от меня, не правда ли? Вам больше нечего бояться анимистки.

– Отлично! – радостно воскликнул барон Мельхиор. Однако он не выпустил Офелию, а еще сильнее прижал ее к своему кружевному жабо, чуть не задушив. – У вас есть три главных достоинства, господин Торн. Вы стремительны, честны и миролюбивы. Ваше выступление по делу Отверженных было бе-зу-преч-ным! Эти клановые войны, бесконечная месть, вся эта кровь, пролитая из-за пустяков, – перечислял он, и его голос звенел от негодования, – мы должны положить им конец. Нам нужны такие люди, как вы, способные решать самые сложные проблемы цивилизованными административными мерами.

– Я больше не интендант, – напомнил Торн. – И навсегда останусь бастардом.

Барон Мельхиор так энергично замахал тростью, что перед носом у Офелии засвистел рассекаемый воздух.

– Позвольте возразить! Я предлагаю вам новую жизнь! Вернее, новые полномочия, которые поставят вас над монсеньором Фаруком и оградят от его болезненной одержимости Книгой. Вы будете пользоваться надежным покровительством, и вам больше никогда не придется опасаться ни за себя, ни за вашу тетушку. Вы хорошо меня поняли, господин Торн? Я не предлагаю вам быть пешкой. Я предлагаю вам стать моим партнером.

– Моя мать точно так же пользовалась этими полномочиями и покровительством. И вам известно, что с ней стало. Я хотел бы знать, – продолжал он чрезвычайно серьезно, – кто делает мне это предложение: вы или Бог, которому вы служите?

Барон Мельхиор так затрясся от смеха, что все его павлиньи перья заколыхались. Офелия прикусила губу, чтобы не закричать: при каждом толчке ей казалось, что ее локоть сейчас разлетится на тысячи осколков.

– Ах, господин Торн, если бы ваша мать была хоть вполовину так дальновидна, как вы, она не доживала бы свои дни изгнанной и умалишенной, – горячо возразил барон Мельхиор. – Так, значит, слухи верны, и вы унаследовали ее память? Что ж, лучшего кандидата нам не найти. Мы добьемся успеха – то есть вы добьетесь успеха – там, где она потерпела неудачу. Мы с вами избавим Полюс от коррупции, которая разъедает его, как гангрена. И даже больше: мы спасем монсеньора Фарука от дурных влияний. –

(Говоря это, он постукивал по плечу Офелии набалдашником трости.) – А сейчас, господин Торн, вот вам вопрос, который задают лишь немногим избранным: вы хотите встретиться с Богом?