Тиктак мерил шагами камеру, уже не в ярости, а в радостном возбуждении. Эта девчонка — гений, и битва за ее тело только начинается. Рала ждет погони? Что ж, Тиктак устроит погоню, подчинится желанию пленницы. Электрический разряд прокатился по корпусу генерала. Он отправится в погоню и выследит Ралу. Выследит — а дальше что? Уничтожит? Нет, эта девчонка положительно не даст генералу соскучиться. Какая захватывающая игра!

Тиктак направился к шкафу со склянками. Что же дальше? Привычные зелья тут больше не помогут. Нужно что-то посильнее.

В дальнем углу шкафа стоял пузырек темного стекла, на нем — этикетка с надписью от руки. Генерал взял пузырек и прочел:

Субкутанный эскадрон смерти

Субкутанный эскадрон смерти

Генерал взвесил пузырек в руке. Нет, еще рано. Слишком сильное средство.

Поставив пузырек на место, он оглядел другие припасы. Столько всего! С чего же начать?

ПРОВЕРКА

Сидя в темной камере, Рольф грыз стальные цепи, сковывавшие его лапы, — эта привычка осталась с тех пор, как Рольф сидел на цепи у кровомяса Нидхуга. Зажмурившись, он постарался уловить вибрации, излучаемые Ралой. Рольф знал: она где-то рядом.

В последнее время две вещи занимали Рольфа куда больше, чем неволя. Первая — звук, услышанный во время битвы. Целыми днями Рольф не мог думать ни о чем другом, звук эхом отдавался у него в ушах, а внутреннему взору снова и снова представлялась перепуганная Рала. Но однажды, когда Рольф в очередной раз попытался почуять Ралу, ему неожиданно представился другой образ. От него веяло свободой, Рольф чувствовал, что Рала больше не страдает, что она свободна и весела, а иногда даже смеется. Рала жива — в этом он уверен как никогда, но ей по-прежнему угрожает величайшая опасность — в этом он тоже уверен. И все же положение сестры переменилось к лучшему. Похоже, опасность Рале даже нравится.

Рольф перестал грызть цепь и ухмыльнулся. Эта черта Ралы ему знакома. Еще в лесу она порой до смерти пугала его своим отчаянным безрассудством. Иногда исчезала на неопределенное время, и Рольфу оставалось лишь улавливать вибрации вроде тех, что он ощущал теперь в камере. Обоняние тут ни при чем: дело в особой связи между братом и сестрой.

Прежде Рала всегда возвращалась, часто потрепанная, исцарапанная и перепачканная кровью, но всегда с трофеем для брата: чьим-нибудь рогом, когтем или оторванным щупальцем. Трусом Рольфа никак не назовешь, однако Рольф выходил из опасного положения с облегчением, а Рале все мало.

Растянувшись на жестком полу, Рольф попытался уснуть. Нужно хорошенько отдохнуть, чтобы осуществить свой план. Он решил изменить стратегию. Нет смысла дальше подчиняться ритуалам театра или надеяться на возможность побега: стража не дремлет.