— Увидишь, Уко, — заверил его Рибезель. — За мной!

Рибезель зашлепал впереди. Он повел Румо и Укобаха по каналам, выложенным красным мрамором. Здесь текла чистая вода. Улучив возможность, все трое ополоснулись, прежде чем двинуться дальше. Вдруг Рибезель остановился.

— Вот то место! — Голос его задрожал. Вверх уходила труба с железной лестницей внутри.

— И что там? — спросил Укобах. — Ничего не вижу.

— Это та самая вентиляционная шахта, куда ты провалился в детстве, Уко. Тут я тебя и нашел, полумертвого, разогнав стаю чумных крыс, собиравшихся сожрать тебя заживо.

— Не может быть! — воскликнул Укобах. — Серьезно? — Он всхлипнул.

— Ну да. Тут и решилась наша судьба. Она же и привела нас обратно. Шахта ведет прямиком во дворец твоей семьи.

Рибезель обернулся к Румо:

— Тут ты можешь подняться. Попадешь в дворцовое водохранилище. Увидишь большую черную дверь — она ведет на улицу. Иди налево до первого перекрестка. Там повернешь направо и выйдешь прямиком к Театру красивой смерти. Не спутаешь: он выстроен из черных черепов. А напротив театра — тюрьма с остальными пленниками.

— Спасибо, — сказал Румо. — Вы мне очень помогли.

Румо пошел к лестнице.

— Сдается мне, — продолжал Рибезель, — ты и шагу ступить не сможешь, не вызвав переполоха.

— Там видно будет.

— У тебя по-прежнему нет плана, верно? — спросил Укобах.

Пожав плечами, Румо стал взбираться по ступенькам.

— Он ушел, — немного погодя проговорил Укобах.

— Да, — отозвался Рибезель.

— Наконец-то. Безумец.

— Он спас тебе жизнь! — заметил Рибезель. — И сдержал слово. А мог бы потащить нас с собой.

— Но он же взял нас в плен!