– Нет, не будет тебе никакого пива. Мой Бог, ведь еще нет и восьми утра. – Он все еще держал в руках шнурки правой туфли и как бы со стороны с удивлением увидел, что его узловатые старые пальцы завязывают их. Носки, – напомнил он себе – раз ты не едешь на Винус, то у тебя есть время надеть носки.

Его пальцы закончили завязывать один бантик и переместились, словно бы по собственной воле, к другой туфле.

– Да к тому же, ты еще слишком мал, чтобы пиво пить, – сказал он. – Я собирался сказать, когда ты меня перебил, что мы с тобой могли бы позавтракать где-нибудь, а потом поехать к вам домой, чтобы убедиться, что с твоей мамой все в порядке. – Он закончил завязывать шнурки и поднялся, ощущая себя слабым и хрупким. Кофе лежал в желудке, словно ведро дорожной битумной смолы. – Ты готов идти? Хорошо бы нам попасть туда раньше ее. Мы будем спешить, а она не будет, и, надеюсь, у нее хватит здравого смысла заставить таксиста объехать вокруг квартала разок-другой, но в любом случае она нас опережает. Пойдем.

– А если я не хочу идти… – начал было мальчик, но умолк и попятился, как только Оззи обратил к нему тяжелый взгляд.

– Пойдем, – мягко повторил Оззи.

Оливер несколько мгновений смотрел на него; потом опустил вызывающе вздернутые плечи и, снова сделавшись мальчиком, вышел из номера вслед за дедом.

Ханс пребывал в крайнем раздражении, и у него были для этого все основания.

Полицейские, когда он подошел к двери на их отчаянный стук, самым натуральным образом направили на него пистолеты – в наихудшем стиле Джона Уэйна! – но убрали оружие, когда он открыл дверь и уставился на них в полусонном изумлении, и теперь он дрожащими руками готовил себе кофе в крохотной кухоньке и был чуть ли не благодарен этому старому маразматику, приемному отцу Дианы, за то, что тот дал полицейским его, Ханса, описание. Судя по всему, не опознай они в нем «сожителя» Дианы, то надели бы на него наручники и швырнули бы лицом на пол!

Он посмотрел поверх кухонной стойки на двоих полицейских, стоявших на залитом солнечным светом коврике перед окном, выходившим на улицу.

– Ребята, хотите кофе?

Старший из копов, Гулд, окинул его пустым взглядом и покачал головой:

– Нет, спасибо.

– Хм… – Ханс смотрел, как струйка кофе стекала в стеклянный кофейник, заполняя его паром. – Это же сумасшедший дом, – продолжал он, стараясь говорить помедленнее и без заискивающих интонаций в голосе. – Старик – и братец Дианы тоже – считают, что она египетская богиня Изида.

– Их религиозные представления нас не касаются, мистер Ганси.