– Прибежище и укрытие, – сказал Сигел.

Он отшвырнул полку в сторону, широкими шагами вернулся к столу и сел в свое кресло.

– Садись, – сказал он.

Крейн прошагал по паркету и устроился на краешке противоположного кресла, ощущая за поясом тяжесть пистолета. Он напомнил себе о необходимости ровно дышать и ни в коем случае не задерживать дыхания: в реальном мире 1990 года он вполне мог сейчас погружаться или всплывать, а то и вовсе плавать на поверхности.

– Джон Скарни как-то показал мне один трюк для ставки на уникальные события, – сказал Сигел. Он содрал бумажные обертки с кусочков сахара, а затем открутил крышку с баночки «флита». – Он называется «la mosca». В переводе с испанского – муха.

Из-под стола он извлек проводной микрофон и заговорил в него:

– Эй, шеф! У меня здесь валет, и нам нужна одна живая муха. – Он выпустил микрофон, который растаял облачком дыма.

Сигел окунул палец во флакон и легко прикоснулся к верхним граням обоих кубиков сахара.

– С этим трюком я однажды выиграл десять штук у Вилли Моретти; здесь, в этой комнате. Суть дела в чем: ставишь на то, какой кубик выберет муха, чтобы сесть. Шансы вроде бы равные, верно? Но что надо сделать – надо повернуть кубики так, чтобы у того, который возьмет твой человек, смоченная ДДТ сторона была обращена вверх, а у другого – вниз. Муха всегда выберет сахар без яда, и ты выиграл.

В дверь, находившуюся за спиной Крейна, негромко постучали, и Сигел повысил голос:

– Войдите!

Крейн услышал, как открылась дверь. Оттуда появилась фигура в смокинге и остановилась у его кресла. Сигел указал на стол.

Крейн удержался и не вскрикнул в регулятор, но все же дернулся в кресле, увидев руку вошедшего официанта.

Это была рука скелета, кости которой облепили и опутали бурые водоросли. Длинные пальцы изящным движением поставили на стол картонную коробочку с пробитыми в крышке дырками. Изнутри доносилось громкое жужжание.

Один из глаз Сигела был теперь жемчужно-белым, но он улыбнулся Крейну, перевернул один из кубиков сахара и снял крышку с коробки.

Отчаянно жужжавшая муха размером с добрую сливу взмыла вверх и стремительно описала круг над столом, болтая членистыми ногами под пухлым телом.

Крейн дернулся от насекомого, но оно уже кружилось над сахаром.

– Допустим, ты поставил пять штук на то, что она сядет на этот, – жизнерадостно сказал Сигел, указав на тот кубик, который лежал отравленной гранью вверх.

Муха опустилась на другой и, словно обняв его длинными ногами, припала к сахару хоботком.

Свет за окном стал меркнуть; Сигел махнул загорелой рукой, и тут же зажглось несколько ламп, заливших стол желтоватым светом. Движение вспугнуло муху, и когда она тяжело взвилась под потолок, хозяин взял со стола выбранный ею кубик сахара и, не оглядываясь, швырнул его через плечо за окно.