Крейн прижал ладонью бок и с завистью взглянул на Мавраноса, потягивавшего пиво.

– Нет.

– Поверьте, – сказал голос в трубке, – даже если вам удастся еще раз взглянуть на них, ничего хорошего это вам не даст. Займитесь кроссвордами, смотрите мыльные оперы, все подряд. Думаю, что лучшим выходом для вас была бы лоботомия.

В трубке щелкнуло, и разговор прекратился.

– Не повезло, – произнес Мавранос, когда Крейн положил трубку.

– Да, – согласился Крейн. – Он сказал, что мог бы достать мне часть колоды за полмиллиона долларов. А потом порекомендовал мне сделать лоботомию.

Мавранос рассмеялся, встал, прислонился к стене и пощупал платок, закрывавший шею. Потом сердито посмотрел на банку из-под пива.

– Пого, эта штука ни черта не помогает.

– Может быть, ты пьешь недостаточно быстро?

– Может быть. – Мавранос прошаркал к ящику-холодильнику и достал следующую банку. – Колода есть у твоего отца.

– Это точно, но даже если я смогу отыскать ее, он не сможет воспользоваться ею, если она будет у меня, верно?

Мавранос поморгал, глядя на него.

– Пожалуй, что нет. И даже по-старинному, взять и сожрать – хар-хар-хар – не получится. – Он со звонким щелчком вскрыл следующую банку. – Но ведь у него когда-то была другая колода.

– Да, колода, карта из которой лишила меня глаза. Вероятно, он больше не пользовался ею – измазанной кровью.

– Думаешь, он выбросил ее?

– Ну уж нет. Сомневаюсь, что он осмелился бы даже сжечь такую колоду. Скорее всего…