Крейн поднялся и, пройдя по комнате, остановился у окна. Снаружи над утренним потоком автомашин раскачивались на ветру пальмы.

– Скорее всего, он спрятал ее, – осторожно сказал он, – вместе с другими вещами, которые можно было бы обратить ему во вред.

– Неужто? И куда он мог бы запрятать всю эту дрянь?

Крейн хорошо помнил последний день, который провел с отцом, в апреле 1948 года. Они тогда позавтракали во «Фламинго», но перед тем, как войти внутрь, отец сунул что-то в дыру, которую проделал в штукатурке сбоку главного крыльца казино. Крейн до сих пор помнил лучистое солнце и угловатые фигурки, нацарапанные на штукатурке вокруг дыры.

Но того старого казино больше не существует. И это здание, и башню «Шампань», пристроенную к южному концу, снесли где-то в 60-х. Теперь на этом месте стояла многоэтажная громадина из стекла и стали, первый этаж которой занимало казино, тоже намного большее, чем то, старое.

И все же это было имение его отца, замок старика в бесплодных землях – его башня. Крейн пожал плечами.

– Давай-ка заглянем во «Фламинго».

Ал Фьюно постучал пальцем по стеклянной перегородке такси.

– Видите синий пикап? – сказал он водителю. – Следуйте за ним. Я обещаю, что вы не пожалеете, даже если придется ехать до Лос-Анджелеса.

9-миллиметровый «глок», полностью заряженный ремингтоновскими дозвуковыми патронами со 147-грановыми пулями, лежал в подплечной кобуре, а в кармане пиджака находилась продолговатая коробка из ювелирного магазина. Пора утихомирить Скотта Крейна, думал он. Обрадовать его хорошей новостью – он погладил карман пиджака – и огорчить плохой – и он прикоснулся к припухлости под мышкой.

– Мне запрещается выезжать из города, – ответил таксист.

– Тогда вам остается надеяться, что за город не выедут они, – жестко сказал Фьюно.

– Чушь, – насмешливо отозвался водитель.

Фьюно нахмурился, но заставил себя расслабиться и следить за катившимся впереди неуклюжим пикапом. Ближе к вечеру он поедет домой, в Лос-Анджелес, на автобусе. «Додж», в котором он спал, придется бросить.

В субботу утром, когда на стоянке «Мэри Календер» он включил зажигание и нажал на газ, в моторе раздался ужасный треск, какого он никогда еще не слышал; впрочем, шум почти сразу прекратился, и Фьюно ездил до вчерашней ночи – когда он переезжал через «лежачего полицейского» у супермаркета «Лаки» на Фламинго-роуд, тот же грохот раздался снова, и автомобиль встал намертво. Ему удалось дотолкать старый «Додж» до парковочного места; там, на стоянке, он и переночевал.