Лицо короля окаменело.

Элия снова стыдливо опустила глаза, хотя, скорее, глаза ее отца, чем собственные.

– Мне не обязательно быть женой. Я потратила годы обучения в качестве жрицы. Я должна быть советником, а не королевой. Дипломатом – в лучшем случае. Я ничего не знаю о стратегии или обеспечении безопасности страны. Ты сказал, что я объединю людей, и я верю, что смогу, но это потому, что мой народ непоколебимо предан и практикует веру, мои пророчества надежны и я изучаю звезды. Это те вещи, которых нет у вас в Аремории. Может быть, у меня есть определенный природный юмор, и я думаю, я постараюсь быть доброй, однако сестры легко меня поглотят. Ни сил, ни света – просто что-то для защиты и отображения.

– Я не позволю тебя поглотить, и ты научишься самоутверждаться. Здесь у тебя меньше врагов, чем ты думаешь.

– Я в изгнании, без власти. В тот момент, когда у меня будет власть, особенно над тобой, я буду уничтожена.

– У тебя есть власть надо мной, – сказал он.

Элия снова подняла голову и грустно улыбнулась:

– Когда ты смотришь на меня, ты видишь то, что я хотела бы почувствовать.

Разочарование едва слышно жужжало в горле Моримароса:

– Я защищу тебя.

– Нет, я не хочу быть защищенной, Моримарос, – сказала она, отбрасывая собственное разочарование. – Это тоже ловушка.

– Ободрять тебя. Поддерживать тебя. Мы могли бы найти способ быть вместе… как партнеры.

– В то время, когда я оставлю Иннис Лир?

– Элия, ты сказала мне, что хочешь мира, сострадания и следовать за звездами, что не хочешь быть королевой Иннис Лира. Я не прошу тебя об этом. Я просто прошу выйти за меня замуж. Выходи за меня и продолжай учиться, если хочешь. Я никогда не позволю Аремории повиноваться звездам, но это не значит, что я запретил бы тебе или кому-либо еще слушать их. Будь королевой рядом со мной, дипломатом, советником. Моей. Моей женой и собственной путеводной звездой. Я не буду просить тебя распоряжаться людскими жизнями. Я не буду делать тебя ответственной за все, чего ты не хочешь. Приводи своего отца, мы поплывем и заберем его. Ты сможешь позаботиться о нем здесь, в Аремории. Я дам тебе все, чего ты хочешь в этой жизни, но в браке со мной, тут, в моем доме.

Слезы застлали Элии глаза, поэтому как это и было все, что она заявляла среди своих желаний. Этот король – нет, этот человек – предлагал девушке все, но ее сердце сжалось. Оно передернулось. Элия знала, что не сможет уступить. Она не могла оставить неприветливый остров, на котором родилась, как и ее родители. Элия наконец-то поняла, почувствовав его отсутствие, как отрезала себя от воды корней много лет назад, до того, как отец изгнал ее. Иннис Лир разрушен – так повторяли все кругом, а Элия этого даже и не заметила. Она была такой же эгоисткой, как и ее сестры. Если уж она покинула остров, свои корни, так же просто, как ее отец попытался лишить Элию имени, могла ли она когда-нибудь узнать кто она есть? Поэтому ее семья приняла такие ужасные решения? Никто себя не знал, но знали, что их определяют другие по звездам, мужьям или отцам? Плохо, что Элия была вынуждена ждать здесь до середины зимы, до того, как ее сестра позволит ей вернуться. Плохо быть самой юной и слабой среди них. Плохо, что ее отец, которого она любила… так же потерял себя. Если бы она отрезала себя от всего этого, то знала – сожаления будут вечно преследовать ее, и несчастье может отравить эту золотую землю, как когда-то сделала ее семья. Однако как Элии Лир объяснить все это королю Аремории? Она сказала: