В нескольких шагах от Элии стоял Моримарос.
Она предположила, что никто даже не попытался помешать ему войти.
– Элия? – позвал он ее очень тихо. – Ты в порядке?
– Нет, – ответила девушка, садясь на босые ноги. Ее ботинки лежали в тени мягкого растения – ушка ягненка.
Король подошел к девушке и опустился на одно колено. Он был только в брюках, сапогах, рубашке и короткой оранжевой тунике, расстегнутой на воротнике. Капли воды поблескивали на его аккуратных волосах. Элия боролась с желанием смахнуть их, чтобы скользнуть пальцами по его виску и скуле. Были его короткие волосы жесткими или мягкими? Теплыми, как летняя трава? Они могли щекотать, как лисий мех? Будет ли его борода точно такой же длины ощущаться так же?
Ей пришло в голову, что Моримарос позволит, если Элия дотронется до него. Ее сердцебиение участилось, и она сложила руки вместе. Король моргнул, и солнце коснулось его прекрасных ресниц.
– Я думала, что ты все еще не вернулся, – сказала Элия.
– Я только что пришел.
– Солнце сегодня в зените. Прошел целый месяц с тех пор… как мой отец лишил меня имени.
Рот Моримароса принял печальную форму.
– И от своих сестер ты ничего не слышала.
Она отрицательно покачала головой.
– И ты тоже?
– Нет, но те, кому я доверяю, подтвердили, что Коннли взял два города на его границе с Астором, – пересекающий ручей и известный своими мельницами, и другой, который был официальной территорией Астора еще до линии Лира. Астор уселся в Дондубхане как король, чтобы переждать середину зимы. Коннли и Риган сейчас снова в Эрригале. Укрепляют поддержку этого графа и его железа.
– Ты многое знаешь.
Король кивнул.
– У меня нет сети друзей или информаторов, но я рассчитываю на моих сестер или на то, что я могла бы услышать от Дурака или графа Эрригала или… – она беспомощно пожала плечами. – Теперь ты понимаешь, почему я опасаюсь малой поддержки, если попытаюсь быть королевой какой-нибудь страны.
– Нет.
– Моримарос…
– Но… Я понимаю, что ты чувствуешь сейчас. Так что я скомандую своему флоту готовиться к зиме и проводить ее дома.