Алессио уже несколько минут ничего не мог сделать с проклятым соотечественником, безродной дворнягой в мире мечей, о котором не слышал никто из мастеров со знаками золотого карпа. И в то же время этот Мильвио, чтобы его шаутты драли, был лучше всех и не спешил к тому, чтобы его вынесли вперед ногами из уродского сада.

Он убил Мирко! Мирко! Которого даже Алессио признавал отличным бойцом и теперь, оставшись без напарника, понял, насколько тяжело сдерживать ублюдка, который перестал «оглядываться» и сосредоточился на одном противнике.

На Алессио.

Тот потел и безуспешно пытался прикончить настырного выскочку, соображая, как вообще он смеет сочетать «Цаплю, следящую за облаками» с «Росой на листке крыжовника» и «Железной башней»?! Абсолютно разные школы и техники враг сплетал в четкое кружево, точно паук, расставлявший вокруг него паутину, ловко и уверенно заманивая в нее.

А еще у него были совершенно нелепые удары, входы, открывавшие ноги и низ живота, когда бастард, казалось, очень неуклюже подлетал вверх, приглашая ударить по предплечьям, перерубить запястья, но в итоге его кончик, всего-то пара дюймов, каждый раз каким-то непостижимым образом оказывался слишком близко к Алессио, пытаясь вскрыть гортань.

Ему очень хотелось узнать, где этот Мильвио обучался, что за странные техники, никогда не виданные, применяет земляк и когда же он, в конце концов, уже сдохнет?!

Но возможности спросить не представилось. Мастер Алессио разгадал движение противника, понял, где он окажется через подшаг, какой удар и куда нанесет, закрылся «Каменной балкой» и забулькал, когда буквально проломивший защиту стремительный бастард рассек ему шею.

Мальчишка герцога сидел в грязи, обняв себя руками за плечи, покачиваясь из стороны в сторону и негромко постанывая. Он не замечал ничего вокруг. Не видел, как «Золотой карп» несколько долгих секунд стоит, покачиваясь, захлебываясь льющейся во все стороны кровью, затем его голова, наполовину отделенная от туловища, откидывается назад, раскрывая алое нутро.

Треттинец без всяких эмоций перешагнул через тело поверженного противника, и женщина спросила негромко, поведя носом, точно животное:

— Кто же ты такой?

Мильвио не убирал меч и медленно приближался к ней.

— Как ты понял?

— Синий огонь, шаутт. Рядом с тобой он горит постоянно, у асторэ же, лишь когда они пользуются своей магией.

— Знаток, значит, — улыбнулся демон губами Рукавички. — Остальные были столь невежественны, что не понимали разницы.

Он стянул повязку, поделившись сокровенным, явно забавляясь: