— Его обвиняют в измене.

— Вот как, сиор? Печально слышать такое. — Мильвио остался невозмутим, словно ему сообщили о том, что дождь мокрый.

— Здесь нельзя находиться чужакам, — хмуро сказал Мирко, немного наклонив голову, глядя исподлобья, и Эрек подумал, что его телохранитель излишне напряжен. — Этот человек опасен, милорд. У него меч на территории, где оружие гостям запрещено.

— У нас тоже мечи. — Алессио улыбался.

Эреку показалось, что «гость» оценивающе посмотрел на телохранителей. Затем он спокойно убрал руку с рукояти бастрада, чтобы не накалять обстановку.

— Право, не думал, что вы столь пугливы, сиоры.

— Милорд, — сказал Мирко, обращаясь к Эреку. — Понимаю, я о многом прошу, но не могли бы вы позвать гвардейцев?

Наследник не собирался бегать, точно испуганный ребенок, за помощью.

— Я не вижу причин уходить, мастер Мирко. И ведь почтенный господин де Ровери не задумал зла?

— Лично вам — нет, сиор. — Треттинец посмотрел на Рукавичку, и взгляд у него перестал быть любезным. — А вот к ней у меня накопилось множество вопросов.

Женщина чуть выпрямилась, сказав дружелюбно:

— Ты хочешь поговорить о Вэйрэне? Он протягивает руку любому, кто готов принять его.

— Уверен, ты знаешь о нем больше меня. Я вижу, кем управляешь ты, но не вижу, кто управляет тобой. Так кто он? Действительно Вэйрэн? Или нечто другое? Какой кукловод прячется во мраке и тянет за ниточки?

Меч Алессио с шелестом покинул ножны, но слепая положила руку на локоть телохранителя, прося остановиться.

— Кто ты? От тебя пахнет Талорисом.

— Полагаю, запах это то, в чем нельзя обмануть шаутта, — сказал южанин, обнажая клинок, и Эрек понял, что перед ними безумец.

— Меч в ножны! — резко приказал ему наследник. — Ты играешь с огнем!

— Вы не замечаете, что стоите в центре пожара, сиор. И почти уже сгорели, — печально ответил чужак. — Вэйрэн пожирает всех, кто принимает его.

— Вэйрэн спасает меня. Защищает от шауттов! Помогает пробудить силу асторэ! — Юношу так разгневали слова Мильвио, что сгоряча он раскрыл сокровенную тайну.

— Асторэ? Милорд. Вы не асторэ. Вы обычный человек, и всегда им были.