– Потому что сильные? – спросил второй.

    Эльфы прошли мимо нашей камеры, не заметив нас, и мы осторожно выдохнули. Третий ответил не сразу. Стражники успели отойти ещё на несколько метров, и уже еле-еле мы услышали:

– Потому что Король уже здесь. И если кому-то и расплачиваться за все грехи, то ему. А с семьёй так обращаться… Это как-то неправильно.

    Лицо у Клеона чуть посветлело. Видимо, здравомыслие стражника произвело на него впечатление. Эмералд уже открыл дверь и теперь стоял в коридоре, подзывая нас.

– Они могут идти за нами, – прошипел он. – Если сейчас обнаружат пропажу, то нас могут снова поймать, так что шевелите своими конечностями.

    Я осторожно вышла из камеры и ещё успела заметить, как трое эльфов сворачивают за тот угол, откуда мы пришли.

– Быстрее, быстрее, – Эмералд подтолкнул меня под локоть и быстрым шагом повёл нас дальше.

    Ещё пару раз нам попадались патрули, но мы успевали спрятаться. В последний раз это случилось почти около самого выхода, так что мы ещё немного поволновались, потому что нет ничего обиднее, чем быть пойманными тогда, когда уже почти почувствовали себя на свободе. Но в конечном итоге удача улыбнулась нам, и когда мы проползали на животах мимо последнего поста, прямо в дверь, за которой светило солнце и пели птицы, охранники услышали сигнал тревоги, что из камер сбежали преступники. Поэтому они все побежали перекрывать двери из центрального коридора тюрьмы, в то время, как мы уже вылезали из бокового.

    Оказавшись на улице, мы сразу, с низкого старта, побежали в лес, как можно дальше от места нашего заключения.

    Оглянувшись на мгновение, чтобы проверить, нет ли за нами погони, я увидела перед собой холм, поросший высокой травой. И если бы я только что не выскочила из зияющего в холме отверстия, я бы и не подумала, что это вообще-то тюрьма. Стража, видимо, пока суетилась внутри холма, пытаясь нас найти, и мы должны были этим шансом воспользоваться, прежде чем они поймут, что нас уже там нет.

    Гулять по такому лесу, который величественными колоннами вырастал из мягкого мха и тянулся кронами к ярко-голубому небу, было бы замечательно. Но спасаться бегством от эльфийской стражи, петляя между стволами, перепрыгивая через широкие корни и не имея возможности передохнуть в более-менее густых зарослях, которых просто не было, – совсем не располагало к восторженному лицезрению всех тех красот, которые нас окружали. Самым важным сейчас было – найти хотя бы какую-нибудь рощицу, чтобы там передохнуть. Однако это я так думала. У Клеона и Эмералда, видимо, были совсем другие планы, потому что когда где-то вдали замаячили кусты, мы побежали от них, как ошпаренные, в другую сторону.