– Я говорю о том, что Совет теперь правит городом, а все те, кто был близок к королевской семье, теперь гниют в тюрьме, если не успели вовремя сбежать.

    Эльф снова зашёлся кашлем. В тишине коридора этот звук прозвучал слишком громко и зловеще. У меня по спине поползли мурашки.

– Я тебя узнаю, – Эмералд вытянул руку сквозь решётку. – Ты же Сианель, Хранитель Библиотеки. Как ты здесь оказался? Я думал, что нет более неприкосновенной персоны после Короля.

– Сианель? – у Клеона удивлённо расширились глаза. Я помню, как он рассказывал об этой примечательной личности, которую все боялись. В особенности, сам принц.

– Да, это я, принц, – хрипло, ещё не отойдя после приступа кашля, ответил эльф. – Меня бросили в тюрьму, потому что посчитали, что я дал тебе книги из закрытого сектора. В то время, как их у меня украли.

– Что это были за книги? – медленно спросил Клео.

– Об устройстве телепорта. Но, надо сказать, что пропало ещё несколько.

– О них знают?

– Нет, – Сианель покачал головой. – Пока нет.

– Может, мы не будем разговаривать на такие опасные темы сейчас? – неуверенно предложила я. – В конце концов, в соседних камерах могут быть арестанты, а ещё хуже – стражники, подосланные выведать наши секреты.

– Ну, ты опомнилась, конечно, – фыркнул Гоша. – Мы тут уже двух яростно настроенных “арестантов” помирить успели, и Имариусу кости перемыли. За одно это нас уже никто не выпустит отсюда.

– И всё же, – продолжила настаивать я.

– Может, нас сейчас уведут, и мы больше никогда не встретимся. Какая разница, что господин Библиотекарь скажет, если мы уже все за решёткой, и наш исход предопределён?

– Что за упаднические мысли? – пожурила я друга. – Я вот всё ещё надеюсь отсюда выбраться.

– Ладно, – вздохнул Гоша, но вид у него был такой, что он остался при своём мнении и просто не хочет спорить дальше.

– У Вас есть догадки, кто мог вынести книги из Библиотеки? – напрягшись, спросил Эмералд.

– Теперь есть, – Сианель усмехнулся и снова закашлялся. – Думаю, это некий известный нам Старейшина. – Он какое-то время слишком часто отирался рядом с той секцией, но я его туда не пускал.

    Мысленно я удивилась тому, как всего один человек может натворить кучу гадостей огромному количеству народа. Имариус всё же добился того, чего хотел: ослабил веру в Короля и подорвал державшиеся веками устои. Ещё и жизнями других своих соотечественников крутил, как хотел. Даже жаль, что мы не смогли привести его сюда живым. Тогда эльфы увидели бы, кто на самом деле виноват.

– Ты тут давно? – спросил, было, Эмералд, но Сианель сделал короткий взмах рукой, дающий понять, что отвечать он сейчас не намерен.