– Нет. – Женщина поджала губы. – Конечно, нет. Соль права, мы должны сказать им, что хотим жить иначе. Показать, что они ошибались.

– Не выйдет, – горько усмехнулась Соль. – В последний раз, когда я попыталась, оказалась здесь. Никого не интересует, чего мы хотим.

– Да как же это… – зашептались неспящие.

– Но не унывайте! Теперь вы знаете, на что способны. Нас всё больше и больше, и скоро наши голоса зазвучат так громко, что Совам придётся прислушаться. Это вопрос времени.

Гул разросся, дрожа под сводчатым деревянным потолком. Люди спорили, сомневались, но всех их объединяло одно – искра новой жизни, что разгорелась на горизонте, как когда-то звезда бытия в руках Звёзднорождённых. Соль видела то, чего ни один салий не видел уже многие годы: надежду в их глазах. Ривер, разносившая напитки, разделалась с заказами и с улыбкой прильнула к плечу подруги.

– Даже не верится, – с придыханием прошептала она. – Соль, это ведь ты сделала! Ты изменила всё!

– Пока что я ничего не изменила, – нахмурилась Соль. – Как видишь, мы всё ещё торчим здесь. Впереди много работы.

– Я знаю, что у нас получится, – не унималась Ривер, – теперь, когда мы вместе. Скоро мы будем свободны!

– В этом можешь не сомневаться, – натянула улыбку неспящая.

Соль удивлялась, с каким восторгом Ривер говорит обо всём этом. Ей нравились революционные идеи о светлом будущем и вольной жизни, но, в отличие от подруги, Соль понимала, сколько трудностей ждёт их впереди. Теперь, когда опасения Хил сбылись и она убедилась, что всему миру наплевать на эгеров, Соль отдавала себе отчёт, что в этой войне они одни. И даже если им удастся отвоевать заслуженную свободу, это будет лишь первый выигранный бой. Однако Соль старалась не подавать виду – всем этим людям не нужна мрачная правда жизни, они и так глотнули её с лихвой. Им нужна вера, и Соль удалось подарить её хотя бы некоторым из них. Если она сдастся – всё это было зря.

– Эй, – донёсся до неё негромкий голос. Когда неспящие разошлись по домам, Соль вернулась на кухню, оставшись один на один с запахом мыльной воды и кусочками еды, прилипшими к тарелкам. Обернувшись, она увидела силуэт в зелёной рубашке, скрывающийся за горой посуды в её руках. – Поможешь или и дальше будешь болтать вместо работы?

– Сейчас моя смена, – вмешалась Ривер, бросившись к Ари, но та не позволила ей подойти.

– Я не с тобой говорю, Снежинка. Тебя дядя звал помочь во дворе, хлеб и сыр как раз привезли.

– Сегодня? Их разве не в терций доставляют?

– Ты спорить будешь или делать что велено? – Ари метнула на неё суровый взгляд, и Ривер нехотя повиновалась, вскоре исчезнув за дверью, ведущей на задний двор. Племянница кабатчика передала Соль часть тарелок, и та молча направились в кухню. Соль привыкла, что, работая с Ривер, она могла заодно поболтать о насущном, иногда вклиниваясь в её неустанное щебетание, но с Ари такой номер не пройдёт. Она не любила тратить время на пустые разговоры. Так и сейчас – она сохраняла молчание, и только шум воды и скрип чистых тарелок нарушали напряжённую тишину.