Волнения нарастали ежесекундно, и уже совсем скоро люди нестройной гурьбой вывалились из «Ветра и тростника» и зашагали вверх по улице. Их голоса сливались в один, звуча всё громче и громче. В их волосах пестрели маки и перья, а их ряды разрастались, привлекая всё новых протестующих. Некоторые по ошибке принимали шествие за часть Луналий, но, оказавшись в толпе, каждый начинал чувствовать эти мандраж и воодушевление, совсем не похожие на простой праздничный кутёж. Так грозовые тучи затягивают небо, заставляя разреженный воздух дрожать в томительном предвкушении бури.

– Не знаю, что задумала твоя сестрица, но здесь явно что-то намечается… – заметил Тори, наблюдая, как все Совы, присутствующие в гавани, по очереди сорвались с места и скрылись за воротами. Тори прильнул к забору, пытаясь рассмотреть, что происходит в городе, сквозь небольшое отверстие, но ему это никак не удавалось.

– Хоть бы с ней всё было в порядке. – Абео беспокойно прижался к влажным доскам, вглядываясь в просвет между ними.

– Вот и проверим. – Тори поправил козырёк кепки и, оставив Абео следить за обстановкой возле «Белой Зари», направился к выходу из гавани. Бореец замешкался: он не знал, остановить ли ему товарища или напроситься с ним. Оба варианта казались фатальными и пробуждали в нём лишь первобытный страх. Никогда ещё Абео не оказывался в такой переделке, но Тори опередил его, обрубив сомнения на корню. Он приказал Абео оставаться здесь, чтобы к моменту, когда они с Соль и вольными вернутся, всё было схвачено.

Теперь путь был свободен – все обитатели острова будто бы внезапно исчезли, скрывшись в переплетениях туманных улочек. Тори выскользнул через главный вход и, уверенным шагом миновав небольшую площадь, свернул в первый попавшийся двор. Во многих домах горел свет, но музыка, доносившаяся из города прежде, больше не звучала. Улицы казались тревожно пустынными, а случайные эгеры, встреченные по дороге, – обеспокоенными.

Наконец выбравшись на главную улицу, Тори увидел тёмный силуэт храма, возвышающийся на холме в западной части города. Даже отсюда можно было различить бушующее море людей, столпившихся вокруг. Цветные фонари мерцали у них в руках, словно маленькие блестящие рыбки, а над головами будто сгущались тучи. И это не были грозовые облака – нет, почти осязаемое напряжение и возмущение клубилось над толпой, набирая силу с каждым мгновением. Тори не стремился остаться незамеченным: он прекрасно знал, что осторожная походка и неуверенный взгляд лишь сильнее привлекают к себе внимание. Другое дело, когда ты выглядишь так, будто всё идёт по плану, – однажды они с Декси провернули этот фокус, чтобы проникнуть на винодельню неподалёку от Флюмена, сойдя за рабочих и успев изрядно захмелеть, прежде чем их вышвырнули оттуда. Так и сейчас Тори бежал вверх по улице так, будто делает это каждый день, и ни один из встреченных по пути эгеров не удостоил его удивлённым взглядом. Более того, мимо промелькнула пара золотых масок, но и те приняли его не более чем за местного зеваку, спешащего на загадочное шествие у храма.