– Эй, – послышалось вдруг за спиной.

Обернувшись, Тори увидел хозяйку дома, наблюдавшую за его попытками, словно за подслеповатым котёнком, тычущимся носом в шерстяное одеяло. Жалкое зрелище. Тори заметил, что в её руках что-то поблёскивает. Присмотревшись, он не поверил своим глазам: это была бутылка водки. Сомнений не оставалось: характерная мутность и осадок на дне выдавали рисовый спирт, перекочевавший в Аструм из Охайи в те времена, когда обе страны еще не были готовы рвать жопу ради ощущения мнимого превосходства над соседом. Что же это – радушная хозяйка решила предложить ему выпить? Нашла время!

– Простите, но сейчас не время пить, – выплюнул Тори, поражаясь собственной косноязычности.

– Разотри ей спину и грудь, – ответила эйри Экса, смерив его недоумевающим взглядом. Её голос звучал так, будто перед ней по меньшей мере умственно отсталый, и Тори именно таковым себя и почувствовал. Ну конечно! С чего он вообще решил, что она пожелает пить с ним водку в такой час…

Он принял бутылку из её рук и растерянно осмотрел Соль. Она лежала на спине, закрыв лицо рукой. Казалось, даже малейшие отблески света, пробивавшиеся сквозь веки, доставляли ей невыносимые мучения. Тори робко запустил руку ей под рубашку, но, коснувшись горячего живота, тут же отдёрнул пальцы. Он не понимал, как подступиться, чтобы не сделать хуже и не остаться без головы в случае, если его подруга всё-таки выживет…

– Боги всемогущие, – выдохнула эйри Экса и властным движением согнала его с кровати. Она по-хозяйски стянула рубашку с Соль и, щедро плеснув водку на попавшийся под руку кусок тряпья, принялась растирать её по груди. Соль закашлялась, и Тори сам едва подавил удушающий приступ, когда едкие пары спирта ударили в нос.

– Повесь одежду у печи в кухне, – скомандовала хозяйка. – И огня поддай.

Повиновавшись, растерянный Тори проследовал в кухню. Пузатая печь занимала добрую четверть пространства, но, к своему изумлению, Тори отметил, что модель была смешанной. За нижней заслонкой тлели угли, но вверх уходило две трубы. Одна, потемневшая от времени, – дымовая. Но вторая, судя по всему, заканчивалась аурным преобразователем, что было довольно неожиданно для такой глуши. Тори и подумать не мог, что простой деревенский люд может себе такое позволить. Впрочем, свет из печи явно был обыкновенным огнём: аура больше золотая, нежели рыжая, и тепла от неё намного больше.

Бегло осмотрев вторую трубу, Тори заглянул за заслонку и увидел несколько потускневших золочёных зеркал. Вероятно, преобразователем на крыше давно не пользовались. Развесив одежду, Тори вернулся в комнату. Обтирание не вернуло Соль к жизни, но однозначно пошло ей на пользу: щёки порозовели, а оцепеневшие пальцы теперь лежали поверх одеяла и лишь время от времени подрагивали.