Она откинулась на подложенную Дитой подушку и сказала, не узнавая собственный голос:

– Вам никогда не казалось, будто вы рождены для чего-то большего, чем… это все? – Она обвела взглядом комнату, зная, что они видят то же, что она. Несмотря на красоту, которой Дита наполнила каждый уголок, здесь по-прежнему были выцветшие обои, черный шкаф-гроб и какая-то странная тоска, заливавшаяся в душу недопитым вином. Как и везде, в каждой комнате их кампуса.

– Да, да. – Гера вдруг сжала ее локоть. – Я влюблена в воспоминание, которое постоянно вижу во сне. В отголосок другой эпохи, другого места.

Голова кружилась от сладкого дыма. Сознание будто заполняла беззвездная ночь, а перед глазами Ари вновь возникли очертания печальной белой фигуры. Опять Семела. Ее черные волосы, подхваченные нездешним ветром, обвивали все вокруг и пахли жасмином и вишней, чем-то тяжелым и чарующим – совсем в ее стиле.

– Я помогу тебе, – шепнула Ари. – А ты поможешь мне. Может, благодаря тебе я найду его. Я верну его.

Ей отчего-то захотелось позвонить маме, но она не знала, что спросить. «Привет, мам, ты ведь лежала в психушке после того, как рассталась с отцом, не подскажешь, как сходят с ума? В смысле, видят ли покойников? Чувствуют ли себя так, будто в душе царит ночь? Черная, алчная, зовущая. И прекрасная». Ари почти не вспоминала о матери. А та ведь тоже смотрела на мир широко открытыми, настороженными глазами, томясь по кому-то, кто не приходил, ожидая чего-то, чему не суждено было произойти. «Нет, со мной не случится того же, что случилось с ней. Я не свихнусь. Я найду путь. Я разрушу этот чертов лабиринт».

– Девочки, все наладится. Ты, – Дита кивнула в сторону Геры, – бросишь своего идиота. А ты, – кивок в сторону Ари, – найдешь своего пупсика. И убийцу тоже найдешь. И все будет хорошо.

– Кто еще остался в твоем черном списке, Ари? – спросила Гера.

Она вздрогнула, приходя в себя. Призрак исчез.

– Ты про подозреваемых?

– Да.

– Гермес и Посейдон. – Ари привычно пропустила Гестию.

– Нет, я не верю, что это кто-то из нас. – Дита махнула рукой. – Наверняка кто-то из других студентов пробрался в «Оракул».

Ари вздохнула:

– Исключено.

Они некоторое время смотрели друг на друга. Заговорщицки.

– Так. – Гера поднялась, покачнулась, едва устояв на ногах. Поправила шелковую блузку, стерла с губ размазанную красную помаду. – Мы едем.

– Куда?

– К Посейдону. Потому что я точно знаю, что он сейчас на побережье. Наверное, надеется спиратить какой-нибудь пиратский корабль и упиратить на нем куда подальше!

– Ты шутишь, – медленно проговорила Ари. – А как же то, что Дита сказала утром? Про то, что я побежала в полицию?