Как и то, что произошло с ним сегодня.

– Не помню, – признался он.

Сердце бешено колотилось. Реальность напоминала мост, который рушился под ногами.

– Что-то началось, – сказал Зевс. – И мне это нравится.

В трубке послышались рваные гудки.

Часть 27. О похмелье и сообществах

Часть 27. О похмелье и сообществах

– Я умираю, – сообщила Ари, печально поглаживая унитаз. Тот остался равнодушен к ее жалобам.

За спиной хлопнула дверь.

– Это еще не конец света. – Гестия протянула ей аспирин. – Всего лишь похмелье.

Из-за боли в висках любые звуки походили на помехи в телефоне. Ари сунула в рот таблетку и, с трудом встав на ноги, поплелась на кухню.

– Где ты так накидалась? – спросила Гестия. – Я удивлена, что ты вчера вообще доползла до комнаты.

– Всего лишь последовала совету Афины. Пришла к Дите, объяснила ситуацию. – Ари зажмурилась, отворачиваясь от окна. Пудровый рассвет резанул по глазам. – Вроде она все поняла.

– Ты пила с Дитой? – Гестия казалась воплощением осуждения. Вся, от босых пяток до белоснежных прядей прически.

– И с Герой, – призналась Ари. – Не смотри так. Это решила не я, а алкоголь во мне.

Головная боль потихоньку угасала.

– Мне казалось, они тебе не нравятся.

Ари вспомнила печальный взгляд очаровательной Геры, ее очевидную злость на себя, свои любовь и слабость. Вспомнила вдохновленное и возбужденное лицо восхитительной Афродиты, ее желание помочь людям найти выход из тупика. Нет, Ари уже не могла сказать, что эти девушки ей совершенно не нравились. Были ли они наглыми, высокомерными и порочными? Были. Но так уж сильно они отличались от Ари?

– Я их просто не понимала, – проговорила она. – Не могу сказать, что сейчас я от них в восторге, но они оказались неплохими девчонками. Сучки, может, но кто из нас не сучка?

Гестия молча протянула ей зеленый чай с медом.