«Вот же хитрый сукин сын!» – подумала Ари.

– Не удивлюсь, если в кампусе решит остаться чуть ли не половина Двенадцати, – сказала Персефона. – Твои слова меняют все дело! Тот, кто придумал эту иллюзию университета – чертов гений. Может, он даже не задумался о том, что окажет нам такую услугу, но это не отменяет его гениальности.

Ари усмехнулась:

– Выходит, наш декан в итоге оказался настоящим героем. Двенадцати следовало послать ему букет цветов и благодарственную открытку, а не убивать его.

Персефона отмахнулась:

– Что ты, Кронос бы никогда не выдумал такой бред сумасшедшего! Я лично никогда с ним не встречалась, но по рассказам матери, он ужасно консервативный и старомодный. Держу пари, либо он тут вообще ни при чем, либо его надоумили. Подумать только, могущественные боги ходят на лекции и кутят на вечеринках… Даже звучит безумно. Но, как это обычно случается, «безумцы всех умней».

Ари вздрогнула. Что-то было не так в этой фразе. Что-то знакомое…

– Как ты сказала?

– Безумцы всех умней? – Персефона нахмурилась, всматриваясь в ее лицо. – Ты чего вдруг?

– Ничего. Просто вспомнила кое-что.

Ее сердце забилось быстрее.

– Только есть одна загвоздка: иллюзия кампуса стала разрушаться. Как Двенадцать смогут там оставаться?

– И правда, никак. – Персефона погрустнела. – А жаль. Хорошая была идея… Признаюсь, не для меня, здесь мне нравится больше. Тогда, надеюсь, все население кампуса успеет вернуться до того, как их маленькая вселенная схлопнется.

– А что будет, если не успеют?

Персефона пожала плечами:

– Кто знает? Они, конечно, бессмертны, так что вряд ли сильно пострадают. Может, их силой выкинет сюда, на Сайд?

– Но ведь с нами учились и люди! – воскликнула Ари. – Они-то не бессмертны. Вдруг они не смогут вернуться?

– Ты же вернулась! Хотя… Да, ты ведь не простая смертная. Что ж, если они пострадают при возвращении… Значит, у моего мужа прибавится работы. – Она тепло улыбнулась, прикрыв глаза. Ее длинные темные ресницы трепетали в лучах солнца.

Ари чувствовала себя так, будто падала в бездну.

«Там мои родители, – думала она. – Да, Минос сидит в своем казино, а Пасифая – в лечебнице, но ведь иллюзия не ограничивается только нашим кампусом, она простирается дальше! Дедал в своей глухой деревушке. Тот добрый контролер в поезде до станции Наксос. Просимн… Где он сейчас? Он еще вчера перестал выходить на связь. Неужели все они сейчас рискуют жизнью?»