3

Закрыв глаза, Диана сидела между шкафами, погрузившись в собственные мысли. Воздух едва не плавился от магии, от грохота выстрелов закладывало уши, но баронесса почти не обращала на это внимание. Куда сильнее ее терзали собственные мысли. О Берсене. О той, чье имя он шептал в забытьи. О том, для чего он жаждет заполучить Сердце. И от этих мыслей почему-то делалось горько и обидно.

Это было безумие, размышлять о таких вещах именно сейчас, но Диана ничего не могла с собой поделать. Сейчас, когда Берсень вплотную приблизился к своей цели, когда их поход был в двух шагах от завершения, в душе Дианы разразилась настоящая буря противоречивых чувств.

Она пыталась унять их, все эти мысли и чувства, причиняющие боль. Но они возвращались снова и снова.

4

Арнор медленно, очень медленно потянул из-за пазухи камзола стилет. Он еще и сам не понимал, что собирается с ним делать. Его руки действовали сами по себе. И в этом не было ни капли магии.

Взгляд мэтра уперся в спину Берсеня. Маг стоял на прежнем месте, все так же запрокинув голову и уставившись остекленелым взглядом в Сердце. И магические нити между ними все множились и множились.

Арнор покосился наверх, туда, где стояли Посвященные. Они, похоже, и не думали спускаться. Они просто стояли и смотрели.

Собираются ли они вмешиваться? Вот вопрос, на который Арнору страстно хотелось получить ответ.

5

Эрик рубился с улыбкой. Это было удивительно и приятно. Разбивать щиты, ломать мечи, прорубать доспехи, крушить шлемы. Как получилось, что раньше он так настойчиво избегал военной службы? Этот кипящий в крови азарт, этот веер кровавых капель, это ощущение входящего во вражескую плоть клинка и — гаснущий взгляд врага, наполненный ужасом смерти, это были потрясающие ощущения.

Пьянея от крови, Эрик с рычанием метался среди шкафов, осатанело рубя направо и налево. Отборные гвардейцы, превосходившие Эрика и ростом, и силой, повергались наземь с легкостью. Карнелийский клинок виконта рубил лучшие итанийские латы, как жесть, а мечи «золотых» лишь царапали его броню.

В глубине сознания Эрик понимал, что происходит нечто странное. Карнелийские латы, карнелийский меч, Дитус, все так, но — этого явно было недостаточно, чтобы превратить Эрика в машину смерти. Что-то еще двигало им и направляло его. Что-то, чего он не понимал. Что-то, что вырвалось из потаенных глубин его души.

Остающиеся без прикрытия рыцарей маги гибли по двое-трое, почти не сопротивляясь. Осыпая Берсеня молниями и огненными шарами, они были не готовы ко встрече с Эриком.

Когда живых не осталось, Эрик еще какое-то время петлял по проходам, с жадностью голодного зверя заглядывая во все укромные места.