6

— Внизу перебиты почти все, — хмуро заметил Куратор. — Остались только стрелки на верхних ярусах. А защита Берсона едва держится. Возможно, пришла пора нам вмешаться, ваше величество. Пока воины будут отвлекать его, мы…

— Ты видишь, что происходит?

Король указал взглядом на Сердце. Словно плетущий сети паук, оно выплескивало все новые и новые нити.

— Мы много веков пользуемся этой силой, — тихо сказал король, — но наша связь с ним никогда не была настолько тесной. Что он за человек, этот Избранный?

7

Одна из пуль вонзилась в плечо Берсеня, маг тихо застонал. Сзади вскрикнул Арнор. С такой искренностью, словно попали в него.

— Сударь Берсень! Сделайте что-нибудь, они ведь убьют вас!

Волшебный кокон слабел неравномерно. На груди он еще справлялся со своей задачей. А вот конечности мага все чаще и чаще дергались под пулями. Брызги крови летели во все стороны, но раны были большей частью просто царапинами — защита еще теплилась. Однако сердце Арнора уже вовсю трепетало от страха.

«Еще не поздно, — сказал он себе, изо всех сил стискивая стилет. — Все еще можно поправить. Если правильно выбрать момент…»

Взгляд его не отрывался от спины Берсеня, от места под левой лопаткой. Арнора едва на куски не разрывало от противоречивых желаний. В нем словно появилось два разных человека. Один, страстно желавший убраться из Армании, все еще верил и надеялся на победу, но вот другой, уставший от жизни и борьбы, уже придумывал оправдания для короля и Куратора.

Сердце, дотоле равнодушно взиравшее на происходящее, вдруг выметнуло длинные щупальца. Словно языки гигантской жабы, они слизнули с мостика нескольких стрелков, и Сердце чавкнуло, принимая их в себя.

— Да, да… — с благоговением прошептал Арнор.

Несколько пуль ударили в грудь Берсеня, но кокон выдержал, погасив смертоносную скорость, маг лишь отступил от толчка на шаг. В ту же секунду языки-щупальца стали выбрасываться с удвоенной скоростью, хватая солдат пачками.

Из Сердца посыпались лоснящиеся от слизи доспехи.

8

Едва начался бой, Гангель и Каспар перебрались на противоположную от входа сторону зала, так чтобы Берсень был на виду. Однако в схватку не вмешивались. Они выжидали, изредка выглядывая из-за укрытия. Когда же человек в карнелийских доспехах, признать в котором субтильного Эрика Гангель не смог бы и под пыткой, перебил всех, кто прятался среди лабораторных шкафов, и когда дым рассеялся…

— Защита сломлена, — сказал Гангель, глядя, как пули выбивают из Берсеня фонтанчики крови. — Думаю, пора.

— Нет, — сдвинул брови Каспар. — Еще не все.