На груди Берсеня медленно расплывалось багровое пятно. За ним, цепляясь за Эрика, на пол опустилась Диана. В ее распахнутых глазах стыли изумление и обида. Эрик в растерянности покосился на собственную кирасу, куда на излете, прошив Берсеня и Диану, бессильно клюнула пуля.

Гангель обернулся к Каспару и окаменел, увидев его перекошенное ужасом лицо.

— Я ошибся?.. — успел шепнуть Каспар, прежде чем щупальце слизнуло его вместе с Гангелем.

Сердце чавкнуло, и в зале вновь стало тихо.

11

Выстрел не остановил Берсеня. Он лишь запнулся, коснулся ладонью раны и… двинулся дальше. Застыв над упавшей Дианой, Эрик неверяще смотрел, как из ее груди ключом бьет кровь.

— Диана? — судорожно сглотнув, наконец вымолвил он. — Диана? Как же это?

— Не трогай его, — прошептала слабеющим голосом она. — Он… Он много страдал…

Эрик едва не задохнулся от гнева:

— Он?!

Эрик в ярости метнулся к магу и вонзил ему в спину меч. Берсень охнул, медленно развернулся. Эрик увидел серое, изможденное лицо, глубоко запавшие глаза, в которых едва-едва теплилась жизнь.

— Ее убили, ублюдок! — прокричал виконт.

Внутри него что-то кричал Дитус, чего-то требовал, но Эрик не слышал его.

— Убили из-за тебя!

Эрик еще раз вонзил клинок, теперь уже в грудь, и глаза мага стали стекленеть.

— Она… будет… жить… — прошептал он.

Колени его подогнулись, и он рухнул ничком. По мрамору стала расползаться кровь.

— Будь ты проклят, ублюдок! — рычал, брызгая слюной Эрик. — Ты будешь вечно гореть в аду!

Пышущий ненавистью Эрик не увидел метнувшегося щупальца. Не увидел, как оно, едва маг упал, зависло над его, Эрика, головой, а затем втянулось обратно. Эрик ничего не увидел. Он смотрел на Берсеня, с трудом удерживаясь от желания изрубить его на мелкие кусочки.

— Нет… Эрик… — донесся до него шепот.