– Как выс-сокопарно. – Её холодный шёпот разнёсся по всей зале. – Это вс-сё твоя иофатс-ская дотошнос-сть, Крунхильд?

Она сплюнула.

– Кто с-следующий?

Задёргалась в цепях, как паучиха в огромной паутине.

– Кто из-з них с-следующий, Крунхильд? – Лязг, лязг, лязг цепей. Одежды Нимхе на животе тоже пропитались чёрным. – Кого ты уберёшь пос-сле меня?

Она склонила голову и предположила свистяще, ласково:

– Может, юного Грацека? – Змеино повела шеей. – Удобно, пока он не оперилс-ся и не с-стал как отец. Ты бы не с-сумела ус-строить то, что ус-строила с-сегодня, ес-сли бы у Горного двора был прежний хоз-зяин.

Грацек вздрогнул.

– Следи за языком! – рассердился он. – И не смей так…

Нимхе захохотала. А когда силы её покинули, закашлялась, и в этом кашле Малу слышалось порыкивание от боли.

– Не слушай её, – бросила госпожа Кажимера. – С ней разговор окончен.

Она обвела взглядом зал. Задержалась на телах Велко, Олейи, Ивоны и Гарна. Посмотрела на Мала – её жёлтые глаза были хищными и мерцающими; у Мала перехватило дыхание.

– Здесь только четыре взрослых ученика, – отметила госпожа Кажимера. – Где пятая?

Оставалась только Чедомила. Сердце Мала забилось ещё быстрее, хотя казалось бы – и так вот-вот прорвёт грудную клетку. Раз Чедомила не пришла сюда, значит, оказалась сильнее, чем манящее колдовство госпожи Кажимеры.

– А мальчишка… – Грацек будто только заметил Мала.

– Его даже не жжёт железо. – Госпожа Кажимера развернулась на пятках. – Где твоя последняя ученица, Нимхе? Все ходы запаяны, так что ей всё равно никуда не деться из твоего термитника.

Неужели она ждала, что Нимхе ей ответит?.. Мал не успел об этом подумать – Грацек зашагал к нему.

– Н-нет. – Он приподнял ладони в защищающемся жесте. Цепь жалобно звякнула. – Не надо.

Над ним нависло лицо Грацека. Он показался Малу моложе нескольких учеников Нимхе – даже несмотря на неровный свет и то, как грозно он хмурил ястребиные брови.

– Руку, – велел Грацек, и Мал подчинился, протянул ему дрожащую свободную кисть. – Да не эту.