Хотелось бы сказать, куда она может засунуть свой долг... но было бы несколько неблагодарно, учитывая, что ее долг вернул мне дыхание.

- Не твое дело, хумансова корова, - выплевывает эльф. - Он вор, грабитель и насильник. Оставь его нам.

- А я говорю, он не таков, и я не уйду, - отвечает она ровным тоном. - Не устроить ли нам суд, измерив убеждения?

- Ты сошла с...

- Возможно. Но я Рыцарь Хрила.

Это привлекает всеобщее внимание. Огры положительно смущены, камнеплеты обмениваются мрачными взглядами. Все виды Народа знают Орден, хотя бы по репутации.

Они напуганы куда сильнее, чем я.

- Вы могли не знать, что сей человек шагает в тени Щита Нашего Владыки Битв. Посему я не стану требовать ваши жизни в воздаяние за его кровь, - продолжает она. - Но отныне никто не сможет заградиться незнанием. Следующий, кто поднимет на него руку, поднимет руку в последний раз.

- Ты Рыцарь Хрила? Умоляю, - рычит эльф, и я не могу его винить, ведь она стоит посреди улицы в обычной дорожной одежде из неокрашенного льна, мужеподобная женщина лет двадцати, темно-рыжие волосы и презрение к макияжу, и все же секси - не сразу можно углядеть вздутые жилы на шее и необычайно крепкие, мускулистые запястья. - Тогда как твое имя? Разве ты не должна хвастаться? Рьяно перечислять дикарских предков и титулы, и земли?

Мой желудок скручивает сильнее, но она выносит оскорбления как должное. - Будь ты человеком, вежливость требовала бы от меня Заявить об имени, титуле и владениях. Но ты не человек, и с таким я уже обошлась добрее, чем подобает.

- Если ты хриллианка, что делаешь в обществе без доспехов? Где твой трепаный моргенштерн?

Она даже не моргает. - Я в отпуске.

Я же говорю: как должное. Подавляю взрыв смеха, ведь я не хочу напоминать сборищу о своем присутствии.

- Отпуск? О яйца моего отца! - Он смотрит на огра рядом. - Выруби чокнутую.

Огр хмурится, весь в сомнениях, но приходит в движение.

Она не шевелится.

Огр мечет стальной шар так быстро, что видишь лишь серебристый промельк, но она так и не сдвигается, хотя бочонок под локтем взрывается дождем щепок и орошает леггинсы янтарной пенистой жидкостью. Эль. Хороший эль, судя по запаху.

Я смотрю на огра. - Наверное, не нужно было так делать.

Не то чтобы я готов был рыдать по нему - не сейчас, когда правая полужопа наливается тяжелым синяком - но бедный ублюдок точно не понимает, на какую беду напросился.

Она хмурится, глядя на останки бочонка, склоняется подобрать стальной шар. Взвешивает в правой руке. - Интересно.