По крайней мере, мне не грозит вбухаться лбом в Шенну: как Природная Сила, она связана временем, как и я. Ха. Более связана, чем я сейчас.

Почему-то от этого тоже неловко.

Ангвасса нашла дорогу к местному рынку. Осматривает одну трущобу за другой, отвращение нарастает, лоб морщится все сильнее. Она бросает недовольный взгляд. - Ночь здесь спускается медленно, но все же спускается. Нам не хватит света до следующей деревни.

- И хорошо, ведь следующей деревни нет. Там, куда мы пойдем.

- Наименее поганое из здешних заведений будет являться мне в кошмарах, - говорит она мрачно. - Полагаю, лучший приют нам дадут деревья вверх по реке.

- Рад, что ты так считаешь.

Здесь нет настоящих конюшен или дорожной лавки, лишь пара криво огороженных выгулов. Впрочем, лошади в них выглядят вполне довольными. Лишь четыре лошади стоят у коновязи среди домов, и один конь отдельно - мешок с костями, черный жеребец с мышастой головой. Он в сбруе, под седлом и с сумами по бокам. Крутит головой, глядя на лошадей, и я не сразу понимаю, что не лошади ему интересны, а поилка подле них.

Ведь у него нет воды.

Из здания льется свет, слышен смех и нескладное пение, и если долго думать о каком-то долбодятле, лениво пьющем и жующем, пока конь томится жаждой в ночной темноте... да я готов убить сукиного сына, и Ангвасса будет не очень довольна.

- Сколько у нас осталось денег?

Ей не нужно считать. - Три ройяла, семь ноблей и до двадцати сервов.

Я щурюсь, рассматривая коня. - Одного ройяла за глаза.

- Ты дал надежду, что мы тут не задержимся, - отвечает она, передавая монету. - Но за анханский ройял можно купить целый дом, и получше этого.

- Я не покупаю дом.

Внутри таверна кажется хижиной, выстроенной вокруг примитивной кухни. Земляной очаг в углу дает почти весь свет. Несколько грязных фонарей бросают теплые круги на шаткие столы и грубые скамьи. Пятеро развлекаются за одним столом - четверо явно хорошо знакомы, пятый сидит на расстоянии руки, хотя все кажутся вполне дружелюбными. Вдоль стен громоздятся бочки эля, ржавые черпаки висят по краям.

Парень в саже - руки такие грязные, что Лессер Пратт утопил бы его в пиве и нагадил сверху - машет мне от огня, не трудясь подняться. - Ищешь удовольствий, приятель?

- Я ищу человека, у которого конь.

Он шевелит плечами, горбится на стуле, явно не интересуясь ничем, за что не получишь монетки.

Я приветливо киваю и купечески улыбаюсь пятерым за столом. - Кому принадлежит тот черный мерин у привязи?

- А кому интересно? - Это говорит тип, сидящий чуть в стороне от прочих. Уже легче.