- Что это, оскорбление? В следующий раз получится лучше.

- Ты провоцировал, - говорит она. Мягко. Без обвинительной гримасы. - Не появись я, он был бы мертв. Возможно, ты тоже.

- Если бы не было тебя, я подкрался бы незаметно.

- Ты решил его убить прежде, чем вошел внутрь. И атаковал, когда мог бы ретироваться.

- Его никто не заставлял вытаскивать нож.

- Больше никаких отрицаний?

- Нечего отрицать. Он жив. И временно здоров. Кому какое дело, кто первый начал?

Отрезаю переметную суму и вытряхиваю ее. Набор инструментов и пакет сушеного мяса валятся наземь рядом с седлом. - Если не против, проверь другие, ищи зерно или сухофрукты. Думаю, мой коник голоден.

Пока она ищет, я набираю воды из ближайшей поилки в суму. Треть успевает вытечь через швы, пока я несу ее мерину, но это неплохо. С водой нужно быть осторожным, я не знаток и не понимаю, насколько он обезвожен, но нельзя давать слишком много.

- И что это за лошадь, если ты готов за нее убить?

- За него. - Я несу еще воды. - Не в нем дело. В той, что поступает с лошадьми вот так. С любыми.

- Не похоже, что он страдает.

Я держу суму, конь снова пьет. - Ты не знаешь, как смотреть.

- Простишь, надеюсь, мои слова? Лошади, в конце концов, всего лишь живность. Скот.

- Так их видим мы. Но они не такие. - Я пожимаю плечами. - Если я сочту тебя двухгрошовой шлюхой, сосущей прямо за стойкой бара - чем это делает тебя?

Лампа дает мало света, но я вижу сведенные брови.

- Это делает тебя, - говорю я серьезно, чтобы не приходилось гадать, - Легендарной Леди Ордена Хрила.

- Да, - отвечает она легко. - Понимаю. Я та, кто я.

- Верно. А что будет со мной за подобные оценки?

След улыбки. - Потеря сознания. Или смерть.