- Еще - и это очень важно - ты ему нравишься потому, что нравишься мне. Он верит, что я мудра и глубоко читаю в сердцах людей.
- В это я сам верю.
- Раз я люблю тебя, он верит, что ты не только силен и буен. Верит, то ты сможешь быть нежным. Будешь заботиться о нем. Верит, ты понимаешь любовь и что значит быть любимым.
Ему пришлось отвернуться.
- Он молод и полон необычайных фантазий; сердце его держится мечты, не реальности. Такие юнцы хрупки. Если решишь взять его своим конем, принеси священный обет - оба вы - что он прав насчет тебя. Что я права насчет тебя.
- Вот почему мне нужно подумать, - сказал он едва слышным шепотом. - Это очень тесный союз.
- Иные лошади проводят жизнь весело и привольно, играют в табуне и не заботятся о несовершенствах наездников, кто бы на них ни сел. Почти все лошади не хотят одного всадника, которому нужно верить и поклоняться
Она встретил его взор над огнем. - Такие лошади не попадают в ведьмин табун.
Он подтянул колени и обвил их руками. - С людьми так же, а?
- Я ждала, пока ты поймешь.
Они замолчали, позволяя говорить треску огня и волнам в ручье. Порывам ветра, кваканью лягушек, методичному хрусту зубов кобылы над травой. Наконец он произнес: - Этот звук. Речка, лягухи. Трава. В-основном трава. Я слышу, как она щиплет траву, и...
- Позволяешь себе успокоиться. - Она сказала это медленно. Тихо.
- Лучше любого транквилизатора.
- Даже у обычной лошади чувства в сто раз острее наших. Они жертвы хищников. Боятся за жизнь. Вид, запах, звук. Вот что держит их в жизни. А чувства ведьмина табуна острее еще в сто раз. Они поняли, что обычного страха недостаточно. Лошадь может есть, когда испугана... но не медленно. Не равномерно. За сто тысяч лет твои предки успели выучить: доверчиво жующая лошадь означает безопасность.
- Ты что-то разговорилась больше обычного.
Она пожала плечами. - Вы живете словами. Не понимаете, пока вам не объяснят или пока сами не объясните.
- Как все.
- Я не такая.
- Ага, ты же лошадиная ведьма.
Она улыбнулась, и ее улыбка согрела его, словно поцелуй огня.