– Пока я за тебя отвечаю, то права помереть у меня нет, – ответил Алар с улыбкой, хотя вовсе не ощущал той уверенности, с какой говорил. – А если я не помру, значит, непременно тебя найду… Ну-ка, покажи, как мы с тобой учились защищаться от морт-меча?

Затем он наведался к Дёрану, который снова правил струны на своём инструменте; наконец, взял с Тайры обещание в драку не лезть и, если что, хватать Рейну в охапку и прятаться. Хотел и Киару поручить что-нибудь, но понаблюдал за тем, как тот безмятежно дремлет, пристроив голову на коленях у Илки-северянки, и отступил.

«Хоть один разумный человек во всём лагере, – с трудом удержался от вздоха Алар. – Ему сказано было отдыхать – он и отдыхает».

– Долго ли осталось ехать? – послышался тихий вопрос, когда Алар, улучив момент, подогрел остывшую лепёшку с мясом и попытался всё-таки поесть, раз уж подремать не получилось. – Жрица говорила, что вражеское войско стоит лагерем в одном дневном переходе…

– Нынче лето, ночи короче дня, – ответил он, не раздумывая; обернулся и увидел Мэв. Девочка была не такой болезненно истощённой, как в первые дни после освобождения, но вокруг глаз по-прежнему залегала чернота, на запястьях виднелись шрамы оков, а морт плясала вокруг золотистым бездымным пламенем, ярким и злым. – Но мы передвигаемся быстрей, чем рассчитывали; полагаю, что на место прибудем ещё до рассвета… А ты чего не с Рейной? Вы не поссорились?

На мгновение – слишком короткое, чтоб кто-то посторонний заметил, но Алар-то был не посторонним – лицо у Мэв смягчилось, а глаза чуть посветлели.

– Рейна хорошая, с ней ссориться не выходит, – ответила она. И добавила непонятно, ни к чему: – Она будет жить долго-долго.

– А ты нет, что ли? – с подозрением сощурился Алар, догадываясь, откуда может прийти «беда», о которой упоминала Вещая Унна. – К слову, ты с кем в седле едешь? С молодой жрицей вроде? А ко мне пересесть не хочешь? А то скоро к вражескому войску подъедем, вот мне тогда-то твои молодые глаза и понадобятся, – схитрил он невинно, предположив, что с девчонки станется обмануть жрицу и убежать навстречу подвигам, справедливой мести…

И смерти.

Мэв, против ожиданий, легко согласилась: и пересесть к нему, и помочь. Окулюс нацепила без возражений, наоборот, с любопытством; когда освоилась, то даже задала несколько вопросов о том, что увидела: о красном вихре, следующем за войском, о том, почему одни морт-мечи выглядят ярче, а другие тусклее… Алар отвечал охотно, принимая её интерес за добрый знак. Лишь однажды помедлил, когда Мэв спросила о камне памяти.