Ли задохнулась от возмущения, но продолжать не стала, последовав примеру Иллая, выпила до дна стакан лимонада и, слишком резко поднявшись со стула, направилась в сторону пирса.

– Как будто я виновата, – удивленно перевела взгляд на Иллая Леони.

– Она…

– И люди не такие плохие, как вам кажется, – оборвала девушка.

– Нас так учат… Ладно, пойдем. – Иллай не стал ввязываться в спор и протянул руку. – Скоро светает, надо найти свободный дом и поспать.

Холодный диск луны еще больше побледнел. Пыльца осела на дорогу, побеленные лестницы, крыши домов, которые теперь светились мягким голубым, розовым и желтым цветом.

* * *

Время то растягивалось к границам бесконечности, то перескакивало вперед на несколько часов или дней, безжалостно вырывая клочья отмеренной жизни: бывало, только прикроешь глаза, а солнце, висящее в зените, уже катится за горизонт, окрашивая невесомые облака в багряно-красный. Так умирал день и наступала ночь.

Их никто не искал. Устроившись в одном из домиков наверху высокого холма, окруженного водой, по которому и рассыпался мятным тик-таком белоснежный Город Времени, Леони с друзьями честно пытались обсуждать дальнейшие планы и даже выстраивать предположения, как проникнуть в Комнату огня. Но час за часом, день за днем все стиралось из памяти, как выцветает на беспощадном солнце фотография. Ленивые дни на диком пляже на другой стороне острова сменялись еще более ленивыми вечерами, когда можно было погулять по пустынным улицам без боязни кого-то встретить.

Каждое утро Леони надевала приобретенный взамен старой одежды невесомый сарафан на широких бретельках, в котором невозможно было скрыть загорелое худощавое тело, визжа, умывалась ледяной водой и, не дожидаясь остальных, сбегала по вертлявым ступенькам на пляж, прихватив с собой пару зажаренных с корицей и сахаром тостов и коробку свежих ягод. Под ногами перебирались отполированные сотнями ступней камни, а внутри разливалось приятное тепло. Все чаще хотелось побыть одной: сказывалась привычка из прошлой жизни или просто усталость.

Мягкий, горячий песок впивался в кожу, забивался в насквозь промокший, с привкусом морской соли купальник, желтый, в крупный белый горох. Было так приятно закопать в песок ноги и, перекатывая песчинки между пальцев, смотреть в безграничную морскую даль, на горизонте которой иногда показывались неторопливо проплывающие кораблики под ярко-желтыми или бледно-сиреневыми парусами.

– Опять сбежала. – Из-за спины раздался голос Иллая, и Леони улыбнулась, прикрыв глаза. Она каждое утро не оставляла надежды почувствовать на плечах его теплые пальцы. И каждое утро, так и не дождавшись, ощущала нотку знакомой горечи: кажется, между ним и Лираэллой что-то происходило…

Примерно так она чувствовала себя, когда, раз за разом приезжая в детский приют, приемные семьи выбирали кого угодно, только не ее. А так хотелось хоть для кого-нибудь стать самой главной в жизни. Чтобы не было выбора. Чтобы человек не сомневался. Чтобы хотел провести с ней каждую секунду…

Колыхание воздуха обожгло напряженную спину: Иллай уселся рядом и запустил пальцы в нагретый песок.

– А где Ли? – стараясь звучать безучастно, спросила Леони, лениво отмечая про себя, что, кажется, перестает что-либо чувствовать и почти не ревнует. Эмоции притупились, как и желание кидаться кого-то там спасать.

– Осталась дома.

«И правильно».

Скорее всего, скоро и она сама перестанет вылезать из постели, как большинство жителей Города Времени.

– Леони?! Леони!!! – завизжал в ухо смутно знакомый голос, и шею обхватили горячие руки, а лицо затуманило копной ярко-рыжих волос, пропахших морем и солнцем.

– Софи?!

В это невозможно было поверить – неужели правда?! Слова застряли в горле, на глаза навернулись слезы, и, сама того не ожидая, Леони разрыдалась, уткнувшись в плечо подруги.

Нега, окутавшая после попадания в Город Времени, тут же слетела, растворилась. Навалились воспоминания, эмоции распирали разнеженное пляжем тело, ломали ребра, смешивались с кровью и пульсировали по венам. Перед глазами мелькали моменты из прошлой жизни, которая казалась такой ненастоящей, такой далекой.

– Как ты?.. Почему?.. – слова путались, не желая формироваться в осознанные фразы. Не прекращая переминать пальцы на загоревшей коже подруги, словно проверяя реальность на прочность, Леони набрала в грудь побольше воздуха и выпалила: – Откуда ты здесь?

– Как же я рада, что нашла тебя! – засмеялась Софи, заметила удивленно таращившегося на них Иллая и кокетливо – скорее, по привычке – поправила волосы.

Этот жест не укрылся от пытливого взгляда Леони. Радость встречи заслонили воспоминания: о проведенных в одиночестве вечерах, пока она смотрела, как меняет кавалеров подруга, о брезгливых взглядах, которыми провожали ее саму, стоило Софи обмолвиться: «Я буду не одна».

Следующие несколько минут – или часов – девушки болтали, вспоминая общих знакомых и делясь последними новостями. Софи периодически вскакивала с места и носилась вокруг, вздымая в воздух белоснежную бурю. Песчинки забивались в глаза, нос, рот, липли на не успевшую высохнуть после морской воды кожу. Иллай не вмешивался, наблюдал издалека и без конца перекладывал с места на место разноцветные камешки: в нем тоже просыпалась энергия движения, заснувшая под магией Города Времени.

– Я чуть с ума не сошла, когда узнала, что ты Хранительница! Да еще и фениксия! – Софи ткнула Леони в плечо и засмеялась. – Хотя, учитывая тот твой трюк… Фшууух! И огонь погас! А как ты бросилась спасать Марсе… Кстати, где она?

– Она… – Леони часто заморгала, поправила бретельку на плече, смахнула одной ей заметные песчинки с загорелых бедер. – Она пропала. Мы были вместе, но…

Как подобрать слова, чтобы описать тот ужас, который девушка испытала, пока опускалась ниже и ниже в разгоревшийся пожар, цепляясь из последних сил пальцами за золотую нить, и смотрела в огромные от ужаса глаза Марселины. Мгновение – и ту поглотило пламя и разорвал на куски черный дым, устремившийся в небо.

– Жалко, – расстроилась Софи. – Мы не то чтобы хорошо ладили, но ее можно понять: ее же сослали к людям, лишили силы…

– Так она… жнец? Или Хранительница? – нахмурилась Леони, нервно заправила жесткие от соли волосы за уши. – Лишили силы? Но почему?!

– Кто знает? Она не говорила. А я не спрашивала. Но это обычное дело, не удивляйся. Хотя… Может, сама попросилась остаться, а потом передумала… – Софи замолчала, размешивая горячий песок. – Я же хотела давно тебе все рассказать. Она просила подождать. Я не знаю, она говорила – это важно. Но теперь, думаю… она зацепилась за тебя как за шанс вернуться… Бедняга.

– А как там Герард? – решила сменить тему Леони.

– Нормально. Как обычно. Сейчас зима – наверно, махнул серфить на Бали или еще куда… Я поэтому и вернулась: мне там пока делать нечего. Искала вас…

Невысказанные слова зависли в воздухе. Каждый думал о своем. Леони вспоминала последние дни в мире людей, Киллиана, Марселину и – внезапно – Этьена. Софи наверняка думала о Марселине, о Герарде или об Иллае. А Иллай смотрел на Софи так, будто придумывал новый план, в котором она играла бы ключевую роль.

– Ладно, – грустно улыбнулась Софи, поглядывая на вновь обретенную подругу. – Я, наверно, пойду. Не буду мешать.

«Змея», – без злобы ухмыльнулась Леони, прекрасно зная, что девушка просто набивает себе цену.

– Спешишь? И даже не спросишь, что мы тут делаем? А я думала, останешься с нами.

– Ну мне кажется, вам и без меня… есть чем заняться, – закатила глаза Софи, едва сдерживая смех.

– Вообще-то, – впервые влез в разговор Иллай, – ты можешь помочь. Мы кое-кого ищем.

– Да? – удивленно протянула Софи и придвинулась ближе к нему, смахивая волосы за спину и обнажая тонкую белоснежную шею.

– Ты же в курсе, что Главная Хранительница Огня пропала?

– Конечно.

– Ну вот. Я думаю, Леони может ее найти.

Леони вздрогнула: успела отвыкнуть от необходимости бросаться в лабиринт из Комнат, где правят балом плоскомордые змеи и ненасытные грифоны.

– Почему ты так считаешь? – с любопытством перевела взгляд на Леони Софи.

– Огонь никого не выбрал. И в тот же день пытался перенести Леони сюда, на остров. Только… что-то пошло не так.

– Вот как? Тогда понятно. И как вы хотите, чтобы я помогла?

– Леони нужно попасть в стихию огня, чтобы взять свою силу. Но энергии вряд ли не хватит, чтобы бороться с тем, кто настолько силен, что сумел справиться с Главной Хранительницей. Нужно много силы. И ты покажешь, как проникнуть в хранилище энергии, чтобы…

Он не успел договорить. Солнце, которое висело высоко в зените, не просто покатилось к западу, а вдруг загорелось и с бешеной скоростью начало падать за горизонт, окрашивая небо в кроваво-красный. Оно уже коснулось языками пламени моря – аккуратно, как когда пробуешь кончиками пальцев на ноге воду перед тем, как нырнуть, – и сразу замедлилось, остановилось.

– Что за… – только и успела выдохнуть Софи.

– Я думаю, нужно торопиться, – угрюмо ответил Иллай. – Мир рушится. Если опоздаем – уже ничего нельзя будет вернуть обратно.

Он стряхнул с ладоней мелкий белый песок, еще сильнее оттеняющий и без того смуглую кожу, подскочил на ноги, помог подняться Леони и протянул руку Софи.