Очередные крики разрывают не только палату, где мы находимся, но и мое сердце.
– Молодец, еще чуть-чуть. Поднатужься! Я практически держу вашего ребенка в своих руках. Молодец, так! – командует Альваро.
Минуты тянутся бесконечно долго, перед глазами мельтешат врачи и медсестры, среди общего гула слышу подбадривающий голос друга. Опускаю голову на ладони, надеясь унять пульсирующую боль от постоянного шума, как раздается плач ребенка. Поднимаю глаза, пытаясь осознать происходящее. Мой друг и врач держит на руках младенца.
– Это девочка! – сообщает он. – Алисия, хочешь подержать малышку?
Вижу, как жена кивает. Алисия берет ребенка в кольцо своих рук, прижимая к груди. До чего прелестное создание, такое маленькое, но уже так похожа на мою любимую! В этот момент глаза крохи ослепительно загораются, голубой цвет становится ярчайшим. Мы отходим от кровати, смотря по очереди друг на друга, и переводим взгляд на младенца. Но это произошло так быстро, что появившиеся врачи и медсестры, которых до этого выгнал Альваро, не успели ничего заметить.
– Все в порядке? – Подхожу к Алисии, держащей дочку.
– Да, посмотри, разве она не прелесть? – отвечает та, не обращая внимания на то, что было секунду назад. Алисия дарит поцелуи нашему чуду сначала в лобик, затем в каждую щечку поочередно, после чего ее бездыханное тело откидывается на подушки.
– Нет! – кричу я, цепляясь за нее. – Сделайте хоть что-нибудь! Алисия, не покидай меня! – Трясу любимую за плечо. – Пожалуйста! Альваро!
Друг оказывается рядом, оттаскивая меня от тела жены.
– Эван, отойди, освободи мне пространство. Сара, забери малышку. – Друг передает девочку в руки своей жены, возвращаясь к постели и прощупывая пульс Алисии. Медицинские аппараты пронзительно пищат. В палату влетают другие работники клиники, вкатывая какую-то технику. Меня выгоняют в коридор. Я мечусь по нему, расхаживая от стены к стене, вырывая волосы, слезы текут по щекам.
– Я не могу ее потерять! Пожалуйста! – говорю, конкретно ни к кому не обращаясь.
Не прекращаю это повторять, пока дверь ее палаты не распахивается, ко мне выходит Альваро.
– Эван, мне жаль! Но тут я бессилен.
– О чем ты сейчас? Нет, нет! Не говори мне, что она… – Голос предательски срывается. Закрываю рот рукой, садясь на пол.
– Эван…
– Не сейчас! – громко прерываю его.
– Эван. – Сара подходит к нам с малышкой на руках. Девочка уже вымыта и запелената. – Она хочет с тобой познакомиться.
Поднимаюсь, смахиваю слезы и смотрю в голубые глаза дочери – как же они похожи с Алисией. Забираю девочку из рук Сары, удобно примостив на локоть.
– Ну что, боец, кажется, теперь нас осталось только двое. – Последние капли влаги, слетевшие с моих щек, падают на конвертик Лои.
Глава 15 Эта странная связь
Глава 15
Эта странная связь
Просыпаюсь от ужасной головной боли, прихрамывая, бреду на кухню, где Миа уже осушает стакан воды.
– Не с добрым утром! – говорит она, салютуя бокалом.
– Мне нужна таблетка от головной боли и душ! – Умоляюще смотрю на подругу.
Миа выводит меня из легкого разыгравшегося транса пьяных грез.
– Найдешь на столе, мне снова нужно принять горизонтальное положение. Ах да, как нога? – Дойдя до двери, она вновь поворачивается ко мне.
– Переживаешь о качестве своей полевой штопки? – парирую я.
– Да иди ты! – Она разворачивается с неприличным жестом, обращенным в мою сторону. – Я склонна думать, что ты в прекрасном состоянии, если пытаешься шутить.
– Просто не хочу, чтобы твоя самооценка медсестры дала трещину! – Закинув таблетку в воду, выжидаю, когда она растворится в стакане. В конце коридора Миа наигранно хлопает дверью спальни. Улыбаюсь, принимаясь за свое спасение.
После душа возвращаюсь в кровать и пытаюсь вновь установить мысленную связь с Даниэлем, это приводит к еще одной порции боли, и я засыпаю.
Из постелей мы выбираемся только тогда, когда солнце уже село. Устроившись перед телевизором, набрасываемся на заказанную пиццу.
– Теперь дай мне поменять повязку, а то еще занесешь какую-нибудь инфекцию! – Миа садится у моих ног, как можно аккуратнее отрывая бинт от бедра. – Эм, Лои! – Подруга поднимает на меня глаза размером с блюдце.
– Что? Все слишком скверно? – Запрокидываю голову к потолку, не желая смотреть вниз.
– Скорее наоборот, твоя рана наполовину стала меньше, обычному человеку на этот процесс понадобилась бы неделя! – Она сворачивает повязку в руке, не отрывая взгляд от моей ноги.
– И что это значит? Я не обычный человек? – Стараюсь придать голосу безмятежности и нотки игривости.
– Других объяснений этому я дать не могу. Как ты справилась с демоном, Лои? – уже серьезней спрашивает Миа, пересаживаясь на диван.
– Я вроде не упоминала о том, что со мной произошло.
– Это и не нужно, я сотни раз видела такие ранения. Итак… – подталкивает она меня продолжить.
– Тебе не понравится, о чем я сейчас расскажу, и разговор должен остаться строго между нами! – Подруга кивает, глядя куда-то в угол комнаты, но молчит.
Пересказываю все события с момента появления Даниэля в моей жизни, опуская ту часть, где он лишил меня души и я убивала людей. Возможно, она не станет осуждать и избегать меня в дальнейшем, но это не делает мне чести. Миа изредка задает вопросы, почти не перебивая, и лишь в конце моего рассказа вступает в диалог:
– Как тебе удалось пережить встречу с ним? Я была там – после них остается лишь пустота, а вовсе не здравомыслящий человек. Ты явно особенная, и, поверь, я этому рада! Но все, что мне довелось увидеть, никак не вяжется с твоим рассказом! – Подруга обнимает меня за плечи. – Вчера твои глаза на пару секунд стали очень яркими, ты видела их раньше такими? Сначала мне даже показалось, что я переборщила с виски.
Я поворачиваю к ней голову, не успев возразить, как она добавляет:
– Ой, да не смотри ты так! Ну да, может, было выпито чуть больше нормы. Назовем это нелегкой стадией опьянения.
Не знаю, что ей ответить, чтобы не соврать.
– Я почувствовала, как изменились мои глаза, поэтому сбежала в комнату.
После совсем крохотного, но такого приятного молчания Миа с улыбкой выдает:
– А он красавчик, да? –
– Ты вообще слушала, о чем я тебе только что рассказала, или это единственное, что тебя волнует?
– Моя подруга – чертов супергерой с суперсилой! А это, знаешь ли, приятный бонус! – Она играет бровями, а я разражаюсь хохотом от забавного зрелища. Через некоторое время мы все же возвращаемся к еде.
«Я уж думал, ты никогда не выйдешь из отключки!» – Чуть не давлюсь очередным куском пиццы. Миа, сочувственно поглядывая, подает мне стакан воды.
«Брысь из моей головы!» – Устав постоянно это повторять, уже даже не злюсь. Или просто сейчас мне становится все равно.
«Где же моя киска, выпускающая коготки?! И эта связь тебе нравится! Не обманывай себя».
Чувствую ласку, но она не похожа на прямой контакт, скорее – неожиданное вторжение, будто бы сильный ветер задрал юбку.
«Вали. Из моей. Головы!» – уже выделяя каждое слово, мысленно произношу я.
«Твои желания для меня закон!» – хмыкает он и дарит мне еще одно легкое поглаживание, мимолетное, но такое возбуждающее.
Затем в голове снова наступает тишина и спокойствие.
– Ты что застыла, как изваяние? Правда он секс-бомба? – Миа указывает пальцем на актера из рекламы духов.
– Да, лучший в своем роде! – так же не смотря в телевизор, отвечаю ей.
Следующие пару дней остаюсь у Миа. Тренировки с Маркосом переходят в более рискованные. Я учусь использовать кинжал в паре с ножом, но нужно отдать тренеру должное, он не спрашивает о моих весьма странных пожеланиях. И теперь каждое занятие мы стоим друг напротив друга с двумя острыми предметами. Моя подготовка становится лучше с каждым днем. Нога больше не вызывает дискомфорта, остались лишь небольшие отметины от пережитого в том переулке.
– Попробуй сейчас напасть по центру. Для этого нужно впрыгнуть в его пространство, ударить по двум рукам и, вернувшись в центр, воткнуть лезвие в живот и протянуть его до самого подбородка, выпустив кишки. Основную силу вложи в первый удар, дальше перехватывай ножи, вот так, – раздаются инструкции моего кровожадного тренера, обожаю.
Делаю, как он говорит, полностью погружаясь в процесс. От прилива адреналина моя скорость резко меняется, чего Маркос, кажется, не замечает и не успевает увернуться, когда лезвие кинжала по касательной задевает его челюсть.
– Боже, Маркос, прости меня, я случайно! – Моя паника не знает границ, а он что? Он что, смеется?