– Он не оставил мне выбора. Я сделала все, что могла, с тем, что у меня было. Никто не отказывает королю, когда он зовет.
Кицунэ провел пальцем по ее щеке.
– Ты дала ему то, что он хотел, леди Гончая?
Она почувствовала, что покраснела, но осталась на месте, просто оттолкнув его руку.
– Нет.
На его лице расцвела улыбка.
– Конечно, Тэмпест никогда бы не запятнала себя подобными низменными эмоциями.
– Мы отошли от темы. – Она поднырнула под его руку. – Я не могу вернуться без сердца Шута. И это возвращает нас к моему бестактному вопросу. Король знает, что Шут – лис. Я обещала ему сердце. Твой дедушка был кицунэ?
Пайр поднял свой стакан и допил содержимое.
– Был.
Повернувшись к ней лицом, мужчина скрестил руки на широкой груди.
– Зачем тебе это?
Тэмпест тяжело выдохнула. Она понятия не имела, можно ли по сердцу определить вид Оборотня, но рисковать не собиралась. Ей было известно, что Алекс мог провести какой-то химический тест, чтобы это выяснить.
– У меня нет времени выслеживать Шута, и даже если бы я убила его, его место тут же занял бы кто-то другой. Но если я приеду к королю с сердцем кицунэ… Тогда у меня будет место в его совете.
– Король послал тебя убить Шута? – повторил Пайр. – Неопытную женщину с посредственными актерскими способностями?
Тэмпест вздрогнула и удивленно заморгала, услышав враждебность в его тоне.
– Ты не услышал, что я только что сказала? Если у меня будет место в совете, вы будете получать информацию напрямую от Короны. – Она сократила расстояние между ними и положила правую руку ему на плечо. – То, что произошло сегодня, не может повториться. Я не совсем в курсе того, что происходит, но собираюсь во всем разобраться.
Кицунэ мягко улыбнулся ей и опустил руки. Он коснулся кончика ее носа.
– Король точно знал, кого выбрать. Понимал, что посылает овечку на съедение к волкам.
Она напряглась, когда его правая рука обвила ее талию и притянула девушку вплотную к его телу.
– Пайр?
Он склонился к ее горлу и вдохнул запах, хриплый стон отозвался вибрацией в его груди.
– О, милая, в какую паутину ты попалась.
– Прошу прощения? – пискнула она.
– Если ты так сильно хочешь заполучить Шута, – прошептал он ей на ухо, – один верный удар, и мое сердце – твое, городская девушка.
Глава тридцатая
Глава тридцатая
Тэмпест
Тэмпест перестала вырываться и посмотрела на его куртку. Сердце Пайра размеренно колотилось под ее правой ладонью.
– Ч-что? – заикаясь, спросила она, пытаясь уловить смысл его слов.
– Ты слышала, Гончая. Если тебе так сильно нужен твой драгоценный Шут, то я прямо перед тобой.
В левом ухе раздался глухой звон, дыхание участилось. Не может быть. Он слишком молод.
– Неправда, – рассуждала она. – Он намного старше.
– В том-то и прелесть Шута: имя переходит от одного человека к другому, и наследие продолжает работу. Невозможно по-настоящему убить повелителя подземного мира.
Даже если он не лжет, то ужасных историй, гуляющих среди людей последние пять лет, достаточно, чтобы ей по ночам снились кошмары. Тэмпест стало страшно, она запаниковала.
Тэмпест сунула левую руку в карман юбки, сжимая пальцами оставленный без присмотра кухонный нож, который она украла у пекаря днем ранее. Теперь она поблагодарила себя за предусмотрительность. Рука Шута сжала сильнее, и Тэмпест захрипела. Нужно немедленно вырваться из его хватки. Драка в такой близости друг от друга приведет к ее смерти.
– Думаешь, ты такой умный, – сказала она, встретив его холодный янтарный взгляд. – Но ты всего лишь жулик с украденным цилиндром.
Тэмпест пнула его по голени и тут же ударила коленом в пах.
Хватка кицунэ, который увернулся от удара, ослабла.
– А ты всего лишь маленькая девочка, играющая в воина.
Он грубо схватил ее за руку, сомкнув пальцы на правом запястье.
Она дернулась, но его хватка была непоколебима. Свет камина падал на лицо мужчины, подчеркивая резкие, как у фейри, черты и острые скулы. Янтарные глаза, казалось, мерцали, и он напоминал самого дьявола. Напряженные губы сложились в жестокую улыбку.
– Думала, так легко будет сбежать от меня? Убить Шута?
Его голос звучал мягко и обольстительно. Голос человека, привыкшего, что его слову повинуются и никогда не бросают вызов.
– Нет, – согласилась она, сжимая пальцами спрятанный клинок. Тэмпест вытащила из кармана тонкое лезвие в шесть дюймов, не открывая оружие. – Но я всегда улавливала на лету.
Тэмпест сильно замахнулась, шагнув вперед всем телом, тем самым усиливая удар. Пайр поймал ее запястье, отведя в сторону так, что лезвие только задело ребра, а не прошло между ними. Он оттолкнул девушку и посмотрел на пальцы, покрытые кровью.
Она отпрянула, оказавшись вне зоны его досягаемости, и посмотрела на дверь. Так близко и в то же время так далеко. Тэмпест снова перевела взгляд на кицунэ, который смотрел на нее сквозь челку волос винного цвета. Его глаза словно горели обещанием мести. Тэмпест еще крепче сжала окровавленный клинок. Создавалось впечатление, что она наблюдает за совсем другим человеком.
Шут резко втянул носом воздух и разгладил складки на рубашке, будто собирался выпить чаю с каким-нибудь лордом.
– Крайне неразумно, милая.
Она сделала шаг назад, сменив позу, и замахнулась клинком на лиса, в то время как он двинулся на нее. Он двигался так быстро, что она едва успевала следить за ним. Ее руку перехватили, и его большой палец вдавился в нерв, ведущий к ее большому пальцу.
– Черт бы тебя побрал, – выругалась она, когда нож выпал из бесполезной руки.
Кицунэ завел ее руку за спину и развернулся, прижимая ее лицом к стене. Гончая зашипела, чувствуя, как грубое дерево впивается в щеку, но это было наименьшей из ее забот.
Тэмпест знала сотни способов убить человека, но ни один из них не сработал бы, если она так и останется в таком положении.
Пайр прислонился к ней, возвышаясь из-за своего огромного роста. Он толкнул девушку, ударив по лопаткам, и завел ее руку еще дальше за спину. Тэмпест стало плохо, но она сумела сдержать крик. Лис ждал, что она будет сопротивляться, но от этого станет лишь хуже. Тэмпест расслабилась, облокотившись об него. Прикосновение смягчило боль. Из-за столь многих полученных травм, к боли она относилась как к старому другу. С физической болью можно бороться, а вот со смертью – нет.
Крепкое тело Шута вжалось в нее, одно колено уперлось ей в ногу. Никуда не сбежать, она попала в ловушку. Но у нее был припасен еще один трюк. Обломок табурета, спрятанный в корсете.
Она пошевелила правой рукой, прижатой к груди. Несколько маневров, и ей удастся дотянуться до него. Оборотень провел ладонью по ее левой руке.
– Больше никаких клинков? Я даже немного разочарован, – коротко и с удивлением усмехнулся он. – Тебе нечего сказать?
Тэмпест не издавала ни звука и старалась выглядеть как можно более безразлично, просто смотря на камин. Они оба молчали. Всего пара дюймов, и у нее в руках появится оружие.
– Язык проглотила, городская девушка?
Нужно как-то его отвлечь.
– Мы могли бы прийти к взаимопониманию.
Всегда можно найти способ для манипуляции мужчиной. Даже Шут должен был чего-то хотеть, желать.
– Ты пытаешься подкупить не того человека, – прошипел он.
– Судя по историям, которые я слышала, ты как раз из тех людей, которым хорошая взятка приносит удовольствие.
– Ты неделями уговаривал меня перейти на твою сторону. Так чего же ты хочешь от меня? Персонального убийцу? Информацию? Доступ к королю?
Тэмпест уже дотянулась правой рукой к верху корсета, но замерла, почувствовав, как его хватка ослабла, а левая рука скользнула вокруг ее талии. Большой палец мужчины провел по ребрам, прямо под грудью.
– Как насчет чего-нибудь более личного? Мне нравится вставать на пути короля, так что, возможно, я сделаю тебя своей любовницей.
Желудок скрутило. Пока она может подыграть, но становиться чьей-то любовницей?
Он отпустил ее руку, и она быстро вытащила обломок из корсета. Схватив за юбку, он развернул ее и схватил за горло. Шут уставился на нее сверху вниз, во взгляде читалось презрение. Другая рука опустилась ей на затылок и впилась в волосы.
Она медленно вдохнула, хотя от того, как он откинул ее голову назад, обнажив горло, пульс участился. Он провел носом по ее подбородку, а затем опустился к гладкой коже прямо под ухом.
– Ты собираешься разорвать мне горло? – безмятежно спросила она, несмотря на гнев. – Как животное?
– Тебе бы так этого хотелось, правда? Из присутствующих здесь только ты самое настоящее животное. Ты убиваешь без зазрения совести и вопросов.
Его прохладное дыхание касалось ее кожи. Он вскинул голову, все еще прижимая ее к себе. Тэмпест стойко встретила его взгляд.
– Даже сейчас ты не проявляешь никаких эмоций. Неужели они убили в тебе всю человечность? Даже животные не убивают так безжалостно, как на бойне, которую мы наблюдали сегодня в деревне. Я не животное, но ты – да.
Она подняла взгляд на разъяренного кицунэ и внимательно посмотрела на него. Страдания и ярость явно сильно его потрепали. Тэмпест обвила ногу Пайра своей, скользнув ступней вверх, касаясь задней части его икры. Мужчина с удивлением взглянул на Тэмпест и расслабился.