Пайр все предусмотрел. Хитрый ублюдок.

Именно тогда она заметила пару кружевных перчаток длиной до локтя с изящной вышивкой, которые также лежали на кровати, и еще простую белую коробку, оставленную рядом с маской. Несмотря на красоту, перчатки не отличались практичностью. Если что-то пойдет наперекосяк, не хотелось, чтобы что-то стесняло движения.

Девушка двинулась к кровати, тихо шурша платьем, осторожно открыла коробку и моргнула. Внутри лежало серебряное колье, украшенное опалами, бриллиантами и сапфирами. Она снова моргнула. Как Пайру удалось найти что-то настолько замечательное? Оно превосходило все, что она видела при дворе, даже драгоценности, подаренные королем. Чувствуя дрожь в пальцах, она вытащила колье из коробки и надела на шею, ощущая прохладу металла на коже.

А теперь оружие. Удавка, спрятанная в браслете, который вручил Дима, когда она впервые обошла его в поединке. Смазанные ядом заколки для волос от Алекса, подаренные, когда ей удалось различить десятку самых смертоносных ядов в Хеймсерии. И, наконец, кинжалы, привезенные Максимом, когда он вернулся из поездки на Огненные Острова. Тэмпест пристегнула их ремнями к бедрам и спрятала по одному в каждый сапог.

Почувствовав себя немного лучше, девушка потянулась за последним предметом.

– А теперь простая маска, – прошептала Тэмпест.

Маску сделали из фарфора или похожего хрупкого материала. Она могла разбиться вдребезги, что только делало ее еще более ценной. Аккуратными движениями Тэмпест завязала серебристую ленту на затылке и спрятала ее под косички так, что казалось, словно маска сидит на лице сама по себе.

Повернувшись к зеркалу, девушка изучила свое отражение. В ответ на нее глядела принцесса-воительница. Она покрутилась на месте и еще больше удивилась тому, как легко оказалось двигаться в платье. Лиф сидел плотно, но не давил на ребра, как то платье, которое она надела по просьбе Дестина. В этом наряде можно с легкостью сражаться, несмотря на несколько футов воздушного материала, волочащегося за ней.

Взгляд скользнул по колье. Оно выглядело… как ошейник. Тэмпест фыркнула. В этом весь Шут.

Пора идти.

Распахнув дверь, она практически ждала, что из коридора тут же выскочит Пайр, но там никого не оказалось. Тэмпест пригладила юбку, а затем вздернула подбородок. Не время стесняться и скромничать.

Коридоры, ведущие на бал-маскарад, кишели людьми. Она игнорировала взгляды, пробираясь сквозь толпу в бальный зал. В то время как маски скрывали личность каждого, ее волосы выдавали с головой. Перед взором проплывали лебеди, змеи, львы, драконы, кошки и…

Кицунэ.

Безошибочно узнаваемая фигура Пайра, одетого в великолепный темно-бордовый наряд, который Тэмпест впервые увидела на нем несколько недель назад в лесной пещере. Золотая маска лисы закрывала верхнюю часть лица, и, увидев Тэмпест, он застыл с поднесенным ко рту винным кубком. Медленная улыбка расплылась по губам Пайра, и янтарные глаза под маской, казалось, вспыхнули. Шаги девушки замедлились, а сердце забилось немного быстрее.

Успокойся.

Поставив кубок на ближайший столик и извинившись, Пайр покинул своих собеседников. Когда он направлялся к Тэмпест, толпа перед ним расступалась. Рассматривая его костюм, а затем переведя взгляд на свое платье, девушка приняла предложенную им руку. Вместе они создавали цветовой градиент: от белого к серебристому, от голубого к сиреневому, от бордового к малиновому и золотистому. Понятно, почему Шут выбрал для нее именно это платье.

– Ты неотразима, – шепнул он на ухо Тэмпест. Судя по озорному выражению лица, Пайру доставляло удовольствие то внимание, которое они привлекали.

– Испорчу ли я впечатление, если заговорю? – спросила она, чувствуя внутри озорство под стать Пайру.

Этой ночью в воздухе витало нечто. И в ее платье, и в гостях маскарада было что-то такое, от чего Тэмпест ощущала себя другим человеком.

Это не так. Возьми себя в руки. Сосредоточься на союзниках.

Пайр фыркнул, коснувшись губами ее уха.

– Полностью зависит от того, что ты скажешь, Тэмпест.

Он повел ее в глубь зала, полного изысканно одетых людей, странных масок и душераздирающе прекрасной музыки, которую исполнял струнный квартет на центральном постаменте. По всему пространству огромного, вместительного зала от украшающих его посеребренных подсвечников, хрустальных люстр и встроенных факелов отражался теплый свет.

В воздухе витали ароматы специй: ванили, корицы и чего-то цветочного. Ароматы, которыми Тэмпест с жадностью дышала. Когда проходивший мимо слуга протянул тонкий бокал, наполненный светло-золотистой игристой жидкостью, девушка с радостью приняла его, просто чтобы чем-нибудь занять руки. Выпивка не значилась в списке ее дел. Разум сегодня должен быть холодным.

– Почему на мне маска волка? – спросила она, когда они кружили по комнате, останавливаясь то тут, то там, чтобы Пайр мог поздороваться и представить Тэмпест гостям, которых она раньше не встречала.

– Разве не очевидно?

– Очевидно, – пробормотала она, сделав небольшой глоток игристого. Волчья маска символизировала статус Гончей. Волк среди овец. – Но у тебя всегда на все есть скрытая причина.

Мужчина пожал плечами.

– Маска принадлежала мне уже какое-то время. Когда я встретил тебя впервые, в тот раз, в таверне, подумал, что твое лицо идеально для нее подходит. Не могу толком объяснить, но она словно создана для тебя.

– Уверена, Брайну не понравится, что собака на ночь превращается в волка, – заметила она, криво усмехнувшись.

– О, мы с тобой оба знаем, что ты нравишься ему больше, чем он показывает, – усмехнулся Пайр. – Теперь ты часть его стаи, признает он это или нет.

Чувство вины кольнуло где-то в животе, напоминая об истинной цели сегодняшнего вечера. Тэмпест предстояло решить, кто сможет стать ей союзником… и рассказать Пайру о намерении выйти замуж за короля Дестина. Хотя ранее она убеждала себя, что кицунэ стоит самому узнать от кого-то еще, теперь, в сознании и добром здравии, она осознавала, что это неправильно. Может, Пайр хитер и коварен, но она ведь не такая. Даже по отношению к нему.

Она позволила Пайру познакомить себя с представителем каждой фракции, используя это как возможность дать имена голосам и маскам. Но во время их передвижений кожу начало покалывать. Казалось, у Тэмпест почти не осталось времени.

– Что такое? – спросил Пайр после почти часа обрывочных разговоров и вскользь брошенных комментариев.

Она встряхнулась.

– Я… Пайр, ты говорил, что суть этого маскарада в том, чтобы заручиться поддержкой. Чтобы добиться доверия между фракциями во время войны.

Он склонил голову набок.

– О чем ты?

– Кажется, что все уже готовы к войне, – сказала Тэмпест, обводя их рукой. – Все поддерживают тебя. Мне это ясно как божий день. Не нужно никого просить о поддержке. Они все… готовы.

– Потанцуй со мной, – пробормотал он, увлекая ее следом и не предоставив возможности отказаться.

– В тебе и впрямь словно уживаются два разных человека, – сказала Тэмпест, изучая его челюсть, когда он взял ее руку в свою.

Девушка осторожно положила другую руку ему на плечо. Когда он скользнул рукой по ее талии к пояснице, Тэмпест вздрогнула от невероятно приятного чувства. Черт побери.

Пальцы Пайра пробрались чуть выше по спине. На его губах появилась понимающая улыбка, он явно наслаждался ответной реакцией.

– Знаешь, я мог бы сказать то же самое о тебе, – ответил он, когда они начали танцевать, сливаясь с ритмом музыки.

Танцы никогда не входили в компетенцию Тэмпест, но заниматься ими всегда получалось естественно. Она списывала это на навык владения мечами. По сути, это одно и то же. За исключением убийства.

– Вот только я не в буквальном смысле два человека, правда же? – аргументировала она, выгнув бровь, которую Пайр не мог разглядеть за ее маской.

Он непринужденно рассмеялся.

– Полагаю, что правда. Но все же, когда ты впадаешь в ярость, ты совсем другой человек, Тэмпа.

– Что я могу сказать? Ты пробуждаешь во мне все самое лучшее.

– Мы можем найти способ поприятнее сражения, чтобы выплеснуть эту энергию, – проговорил он с намеком в голосе, прежде чем губами коснуться ее кожи. На мгновение Тэмпест прикрыла глаза, тихий вздох застрял у нее в горле. Она помнила эти перепалки. Такой Пайр ей нравился. Такого Пайра она считала своим другом.

Этот Пайр ненастоящий.

Она застыла, глаза резко открылись, волшебство рассеялось. Неправильно танцевать с ним вот так. Опасно флиртовать с ним вот так. Он уже доказал, что его словам доверять нельзя: потом будет больно. Если она даст слабину, то может потерять из-за него все. Этого нельзя допустить. Слишком многое поставлено на карту.

– Тэмпест.

Девушка заставила себя встретиться взглядом с нехарактерно серьезным Пайром. Он указал на один из пустующих балконов.

– Мы можем всего минутку поговорить наедине?

Она кивнула, не доверяя своему голосу. Пришло время сообщить ему.

Пока они пробирались сквозь толпу людей, Тэмпест отчаянно пыталась сформулировать то, что должна сказать. С каждым шагом вверх по лестнице пульс учащался. Однако к тому времени, когда они вышли на зимний воздух, в голове совершенно опустело.