Волк отлично разбирается в характерах. Ты доверяешь ему.

Головой она понимала, насколько правдивы его слова, но не могла отделаться от последней фразы кицунэ, сказанной в их последнюю встречу.

Я попробую.

В ней присутствовала какая-то неуверенность. Сможет ли Пайр спасти Брайна и остальных?

– Клянусь всем святым, что если ты не унесешь свою задницу из этой темницы, то, когда я выйду, отлуплю тебя, да так, что мало не покажется. Уходи. Повторять не буду, – пригрозил Брайн.

Она медленно кивнула. Время вышло, да и переубедить волка было невозможно.

Дверь темницы скрипнула, и Тэмпест застыла. Такое в план не входило. Неужели Левка решил пойти за ней?

Волчьи уши Брайна настороженно приподнялись, и он зарычал, сверкнув серебристыми глазами.

– Принц, – пробормотал он как раз в тот момент, когда Тэмпест услышала, как слова ваше королевское высочество эхом прокатились вниз по лестнице.

Зачем принцу спускаться вниз? Чтобы повидать пленников?

Глаза Брайна метнулись к ней.

– Иди, – настаивал он.

Она бросилась в ту же нишу, в которой пряталась ранее. Где-то в горле забился пульс. Она молила только о том, чтобы темнота могла ее скрыть. Тэмпест едва успела убрать шлейф проклятого платья под защиту черного плаща, когда шаги эхом разнеслись по каменному полу.

Не смотри налево, не смотри налево, не смотри налево.

Время замедлилось, когда она, расстегнув платье, потянулась к кинжалу, висящему на поясе.

Пальцы обхватили прохладную рукоять, и она вытащила его из кожаных ножен. Если Мэйвен увидит ее…

Тебе придется его убить.

Ее правая рука задрожала, кончик лезвия терся о платье. Одно дело – сражаться в бою, защищая себя. Но если она нападет на принца… это будет простым убийством. Четко и ясно. Сердце колотилось, кровь шумела в ушах. Она будет простым убийцей. Пути назад не будет.

Когда Мэйвен появился в поле ее зрения, время замедлилось. Он неторопливо зашагал по коридору. С ничего не выражающим лицом Левка следовал за ним. Проходя мимо камер, принц заглядывал в каждую, словно что-то искал. Или кого-то.

Она чуть не подпрыгнула, когда все заключенные начали что-то выкрикивать и стучать о железные прутья. Тэмпест затаила дыхание в тот момент, когда Мэйвен проходил мимо. Левка не смотрел в ее сторону, но знал о ее присутствии. Она прокралась вперед, в то время как какофония звуков становилась все громче и громче. Адреналин хлынул по венам. Друг уловил движение и направил внимание принца на камеру в дальнем конце коридора.

Сейчас.

Тэмпест выскочила из своего укрытия. Не издав ни единого звука, она побежала и поднялась по лестнице.

Никаких ошибок. Осмотри территорию.

Она остановилась за закрытой дверью и осторожно выглянула наружу. Трое Гончих. Никакой ожидающей ее засады.

Прерывисто дыша, она кивнула Гончим и побежала настолько быстро, насколько могла. Тэмпест завернула за угол. Коридор слишком длинный и просматриваемый.

– Есть тут кто? – донесся голос Мэйвена.

Она нырнула в ближайшую нишу при приближении его голоса. Тэмпест выглянула из-за гобелена. Принц добрался до пересечения двух коридоров. Он покачал головой, прищурив глаза. Левка молча стоял у него за спиной.

– Милорд, сюда не приходил никто, кроме короля.

– Никто?

– Никто, ваше высочество, – уверенно солгал друг. – Здесь нет никого, кроме вас и моих людей.

Мэйвен, казалось, не поверил. На одно ужасное мгновение Тэмпест подумала, что он последует за ней по коридору, но вместо этого он просто ушел тем же путем, каким пришел.

– Я хочу видеть предводителя. У меня есть несколько личных вопросов, прежде чем их передадут отцу…

Его голос затих.

Она перевела дыхание и заставила мышцы двигаться, несмотря на дрожь в ногах. Времени на размышления о том, что Мэйвен делал в подземельях или кого он собирался допрашивать, не оставалось.

Что, если он работает с одним из повстанцев?

Ужасная мысль остановила ее на полпути. Девушка покачала головой и осторожно поднялась на два этажа, к коридорам прислуги. Всю обратную дорогу до покоев с кожи не сходили мурашки.

Гончая приветливо улыбнулась охранникам у входа и вошла, тихо прикрыв за собой дверь. Она осторожно осмотрела комнату на предмет незваных гостей. Никаких повторений случившейся ситуации с королем.

Тебя почти поймали. Снова.

Тэмпест сбросила грязные тапочки и попыталась разобраться в том, что делать дальше. Их нужно спрятать, почистить или, может, выкинуть в окно? Взгляд привлек огонь. Сжечь. Она бросила их в огонь и подбросила туда еще дров, затем, вернувшись к гардеробу, надела новую пару черных тапочек.

На автопилоте девушка двинулась к зеркалу. Убедившись, что ни один волосок не выбился из прически, она встретилась взглядом со своим отражением. Она действовала сгоряча. Позволила эмоциям управлять собой, и это могло стоить многим людям жизни. Мадрид убьет ее, когда обо всем узнает.

И будет прав. Ты заслужила.

Было больно признавать, но Пайр и Брайн оказались правы. Она должна доверять другим. Иначе погибнут люди, и все окажется на ее совести. Бездействие противоречило самой ее натуре, но, возможно, отказываться от участия – это тоже действие. Выбор.

Стянув с плеч черный плащ, она уставилась на женщину в зеркале. Холодная королева снова посмотрела на Тэмпест с той стороны. Когда она успела превратиться в такого недоверчивого, замкнутого человека?

– Кто ты? – прошептала она. Уголки ее глаз жгло огнем.

Как она может помочь кому-то, если потеряет в процессе себя?

– Не стоило принимать предложение короля.

Собственные мягкие слова пробирали до глубины души.

Не имело значения то, что Шут и Темный Двор считали ее положение благом для повстанцев. Или то, что Гончие объединились против Дестина. С каждым приближающимся к свадьбе днем она чувствовала, как петля у нее на шее затягивается все туже.

С губ слетел глухой смешок.

Велика вероятность того, что король попытается убить ее, как только получит желаемое. Возможно, не завтра и не через два месяца, но избежать этого невозможно. Каждое мгновение, проведенное во дворце, могло стать для нее последним.

Тэмпест так сосредоточилась на том, чтобы стать Гончей, обеспечить себе место в военном совете, избавить королевство от этого подпольного владыки, узнать правду и обеспечить всем свободу, что забыла, зачем вообще начала бороться.

Ради чести и мести.

В браке с королем не было никакой чести.

Тэмпест повернулась спиной к женщине в зеркале и бросила плащ на кровать. Наивно было полагать, что она сможет добиться равенства, просто выйдя замуж за могущественного короля и став его королевой. Придется бороться, как и за все остальное.

За эти годы дядюшки подарили ей множество инструментов. Дима постоянно проповедовал об эффективности маски или прикрытия.

Королева в зеркале была маской Тэмпест.

И она будет играть роль жестокой игрушки короля, ожидая возможности нанести удар.

Глава шестнадцатая Тэмпест

Глава шестнадцатая

Тэмпест

Пока Тэмпест шла к тронному залу, ее сердце билось в такт каждому шагу, но, несмотря на это, она всячески пыталась оставлять на лице маску холодного безразличия. Нельзя показывать Дестину слабость. Она должна казаться уверенной и сильной.

Тэмпест чувствовала целый спектр эмоций, но все не то.

Два молодых стражника открыли высокие белые с золотой росписью двойные двери, ведущие в тронный зал. Ладони вспотели. Гончая вошла, обратив на себя внимание двух членов королевской семьи, стоявших рядом с троном.

Дестина и его сына.

Принц смотрел на Тэмпест с явным презрением, но, как только его отец посмотрел в его сторону, он тут же переменился в лице. Она решила игнорировать принца и уверенными шагами приблизилась к королю. Мэйвен относился к ней с подозрением, но если бы он владел реальными доказательствами проступков Тэмпест, ее бы уже заковали в цепи.

– Хорошо выглядишь, – пробормотал принц. – Темные цвета на контрасте с твоей бледной кожи. Кому-то может показаться, что ты выглядишь как привидение.

– Я вполне реальна, милорд, – сказала она, остановившись перед двумя мужчинами и присев в реверансе.

– Не сомневаюсь. Ты отлично впишешься. Призраки обитают во всех частях нашего замка, особенно в подземельях. Там так много потерянных душ.

Его улыбка превратилась в хищный оскал, а взгляд словно вызывал на дуэль.

Не сегодня, демон.

Тэмпест рискнула взглянуть на принца из-под опущенных ресниц.

– Я не верю в такие вещи.

С легкой улыбкой, играющей на губах, Дестин переводил взгляд то на Тэмпес, то на сына.

– Моя леди Гончая слишком умна, чтобы верить в подобную чепуху.

– Совершенно верно, сир. Я склонна верить в осязаемые вещи. Призраки не оставляют следов своих злобных деяний. Этим обычно занимаются люди.

– Как проницательно, – похвалил король.

Тэмпест проглотила свое отвращение к снисходительному тону Дестина. Пусть говорит с ней свысока. В конце концов его погубит то, что он ее недооценивал.

– Я живу, чтобы служить, милорд, – сухо ответила она.

– Сарказм. Низшая форма остроумия, – съязвил принц.