– Держись, Брайн, – пробормотала она, игнорируя жгучую боль в животе, и, спрыгнув с ближайшей крыши, продолжила движение вперед.
Попасть в южную часть дворца – занятие несложное. Никто в здравом уме туда не сунется, может, только если им хочется распрощаться с жизнью. Скалы там слишком скользкие и острые, и по ним тяжело забираться наверх, а волны безжалостны и жестоки. Тэмпест, стараясь ухватиться за стену замка, медленно переставляла ноги по краю, ее ботинки то и дело соскальзывали.
– Думаю, достаточно далеко! – рявкнул мужской голос.
Она застыла на месте, глаза заметались в поисках владельца голоса. Она заметила красный пояс гвардейца в двадцати шагах впереди себя. Он стоял, повернувшись к ней широкой спиной, поэтому она скользнула вниз и спряталась за огромными камнями, попутно проследив за приливом и набегающими волнами. Когда она на цыпочках подкралась поближе, в разговор добавились еще мужские голоса. Она выглянула из-за скалы, за которой пряталась, и ахнула, не в силах сдержаться. Пара ближайших к ней гвардейцев были так заняты сбрасыванием в море связанного и отягощенного камнями тела, что не заметили ее.
– Этот дикий сказал, что скорее сгниет заживо, чем пробудет в нашем присутствии еще одно мгновение, – хохотнул один из мужчин. – Что ж, теперь он сможет гнить, но уже на дне черного моря.
Воздух зазвенел от мужского смеха. Один за одним они уходили.
Тэмпест прижалась спиной к скользкой скале с кинжалом в руке, пока стражники удалялись от скал и заходили в маленькие металлические ворота у самого замка. Ворота с лязгом захлопнулись, и в тот самый момент, как они скрылись из виду, Гончая сорвала с себя плащ, швырнув тяжелую шерстяную ткань на землю. Она сорвала с ног сапоги и бездумно бросилась к морю. Волны откатились назад. Она нырнула с головой в темную воду, не дав себе времени на подготовку.
Пронизывающий холод впивался в кожу подобно кинжалам. На одно мучительное мгновение из легких вышибло весь воздух. Она вынырнула на поверхность, сделав болезненный вдох, и снова нырнула обратно.
От соли щипало глаза, но она изо всех сил пыталась разглядеть хотя бы что-нибудь в бурной темной воде. Она спустилась глубже и заметила бледное, извивающееся тело. Тэмпест поплыла усерднее, вытащила из ножен кинжал и кое-как разрезала его путы. Он высвободился и заработал ногами по направлению к поверхности. И тут она заметила еще одно тело. Вместе с нехваткой воздуха к горлу начала подступать паника. Девушка двинулась к другой фигуре, которую тоже освободила. Взгляд устремился к поверхности.
Легкие противились тому, что она так долго оставалась под водой. Сверху прокатилась волна. Тэмпест со всей силы шевелила конечностями, но в итоге позволила своему телу самостоятельно проплыть остаток пути обратно к поверхности. В горле комом встали рыдания, она хватала ртом воздух. Где Брайн? Как долго он под водой? Тело девушки сотрясала дрожь, суставы болели, и одна только решимость заставила ее снова опуститься под воду.
Промокшая одежда совсем отяжелела за то время, что она вела поиски в мутной воде. Краем глаза она заметила волка, барахтающегося в водорослях, к лапам которого были привязаны камни. Его острые зубы впились в веретенообразное морское растение, и он извивался, усугубляя свое затруднительное положение.
– Брайн! – крикнула Тэмпест, слово образовало пузыри рядом с ее лицом. Она сократила расстояние между ними.
Его серебристые волчьи глаза с отчаянием остановились на ней, когда она приблизилась. В них не осталось ничего человеческого.
Она спустилась ниже и осторожно потянулась к его первой лапе. Он, клацнув зубами, схватил ее за предплечье, и девушка отпустила его первую лапу. Словно поняв, что она делает, он перестал сопротивляться, помогая себя освободить. С поразительной скоростью он поплыл к поверхности, даже не оглянувшись.
Тэмпест заметила еще одно тело, но оно не шевелилось. Ее движения замедлились, пока она освобождала его и помогала выплыть.
Выход на поверхность стал и благословением, и проклятием. Ветер и снег оставляли на теле укусы. Мокрый талаганец опустился на колени на камне слева от нее и протянул ей дрожащие руки. Она подплыла к нему, и он забрал у нее бесчувственное тело.
Накатила волна, и Тэмпест нырнула вниз, изо всех сил перебирая руками. Она схватилась за камень на дне, поскольку прилив пытался унести ее за собой и кинуть на скалы. После схода волны девушка затуманенным взором высматривала Оборотней. Выжил ли кто-то еще, находясь так долго без воздуха?
Тэмпест двинулась вперед, руки и ноги дико устали и онемели. Холод уже не ощущался. Над головой разбилась еще одна волна, и ее накрыла пеленой песка. Она хваталась пальцами за воду, но что-то врезалось ей в лицо. Размахивающая рука. Зрение затуманилось. Клинок выскользнул из пальцев, и Тэмпа попыталась нащупать еще один, но пальцы больше не двигались.
Она мельком увидела тонущего мужчину. Собственные легкие готовы были разорваться на части.
Рука обхватила ее талию и потянула вверх. Она наблюдала за дергающимся мужчиной, пока ее утаскивали прочь. Он открыл рот, и из него вырвались пузырьки.
Она сплюнула воду и хрипло закричала, как только снова оказалась над водой.
– Я могу спасти его! – закричала она. – Я должна вернуться. Он умирает. Я могу…
Рука зажала ей рот, заглушив крики.
– Ш-ш-ш, – зашипел Пайр ей на ухо, резко и настойчиво.
У нее не осталось сил бороться с ним, поэтому она просто уставилась на то место, где только что тонул мужчина.
– Вот, возьми ее! – скомандовал Пайр.
Тэмпест ничего не почувствовала, когда ее вытащили из ледяной воды. Небольшие облачка пара сорвались с ее губ, когда она пыталась вдохнуть воздух. Глаза наполнились слезами. Кицунэ нырнул в бурлящую воду.
– Ох, девочка, – прошептал Брайн ей в правое ухо, оттащив от кромки моря и усадив между двумя скалами, скрывающими ее от ветра.
Ладони волка растирали ее, но, честно говоря, она их совсем не чувствовала. Казалось, прошла целая вечность с исчезновения Пайра под водой. Какой-то Оборотень вынырнул на поверхность и как раз попал под волну, которая обрушилась на него, отбросив к ближайшей скале. Другой Оборотень выругался и проворно вытащил пострадавшего из воды – побитого и окровавленного, но живого.
Пайр вынырнул спустя несколько секунд и сумел самостоятельно выбраться на берег. Он шагнул к ним с ничего не выражающим лицом.
– А остальные? – пробормотал Брайн.
– Остальных нет, – прохрипел кицунэ. – Все мертвы.
– Получается… получается шестеро наших людей, – ответил Брайн настолько тихо, что Тэмпест едва его расслышала.
Звезды вспыхнули перед глазами, и Пайр начал расплываться.
Шесть смертей. Она повинна в смерти шести человек.
Ладони обхватили ее щеки, но она не чувствовала ничего, кроме их тяжести. Пайр присел перед ней на корточки, в его пламенных глазах читалось беспокойство.
– Тэмпа, – твердо сказал он. – Скажи что-нибудь.
Ее губы не могли вымолвить ни слова. Из нее вырвался лишь низкий вопль. Она смотрела мимо него на море. Шесть жизней. Она все испортила.
Глава девятнадцатая Пайр
Глава девятнадцатая
Пайр
С промокшей одежды Пайра лилась вода, но он не чувствовал холода. Он не мог отвести взгляда от синих губ Тэмпест, таких неестественно бледных, что они почти совпадали по цвету с ее мокрыми волосами, облепившими щеки.
– Она слишком холодная, – проворчал Брайн. – Нужно сейчас же обсушить ее.
– Бриггс! Мне нужен твой плащ, – рявкнул Пайр, а затем снова повернулся к Тэмпест: – Мы должны снять с тебя одежду и вытереть кожу.
Она не обращала на него внимания, серые глаза безжизненно глядели вперед.
К ним подошел целитель и стянул со своих плеч плащ, его темные глаза в беспокойстве сузились.
– Как долго она пробыла в воде?
– Я не знаю, – выдавил Пайр, расстегивая пуговицы на ее брюках. – Держи плащ.
Бриггс придержал свой серый плащ, обеспечив им необходимое уединение. Тэмпест стала походить на тряпичную куклу. Пока они снимали одежду, с ее губ не сорвалось ни единого звука. Паника начала усиливаться, когда он притянул девушку к себе: ее ледяная кожа покалывала морозными иглами его собственную обнаженную плоть.
Бриггс накинул плащ на ее освобожденное от одежды тело и протянул руки.
– Я могу взять ее с собой.
Пайр покачал головой, крепче обхватив руками обмякшее тело Тэмпест.
– Я возьму ее. Убедись, что остальные готовы отправиться в путь. Мы встретимся с остальными впереди.
Он обнял девушку одной рукой за плечи, а другой взял под колени и встал, прижимая как можно ближе к своему телу. Веки Тэмпест затрепетали и закрылись. Нет.
Он сильно тряхнул ее и пристально вгляделся в ее оцепенелое лицо.
– Не спи.
Брайн встал на подгибающихся ногах, голый, как в день собственного рождения.
– Как далеко?
– Недалеко. Ты сможешь идти?
Волк кивнул и зашагал за Бриггсом медленнее и менее грациозно, чем обычно.
Пайр последовал за ними с бешено колотящимся в груди сердцем. Их разношерстная группа шла по побережью вдоль утеса, скрытая от посторонних глаз. Дважды он спотыкался, чуть не роняя свою пару. Она ни разу не пожаловалась и не противилась ему. Казалось, что он держит только ее оболочку: тело здесь, но разум где-то далеко. Брайн шагал рядом, постоянно бросая обеспокоенные взгляды на Тэмпест.