– Значит, ты выбираешь его?

«Ах, вот в чем дело. Ревность. Соперничество. Тень победила пламя».

Я откидываю голову и смеюсь, ощущая на себе взгляды братьев.

– Кэл предал меня, а я его. А ты предал нас обоих, тысячью разных способов.

Эти слова тяжелы, как камень, но правдивы. Слишком правдивы.

– Я не выбираю никого.

Такое ощущение, что я вновь получила власть над огнем и он сжег Мэйвена. Тот, спотыкаясь, отходит от моей камеры. Принц потерпел поражение от девочки без молний, пленницы в цепях, смертной перед лицом бога.

– Что ты скажешь людям, когда я истеку кровью? – шиплю я ему вслед. – Правду?

Он негромко смеется. Маленький мальчик исчезает, вновь сменившись королем-убийцей.

– Правда – это то, что я скажу. Я мог бы наполнить мир огнем и назвать его дождем…

«И некоторые поверят. Глупцы. Но не все. Красные и Серебряные, низшие и высшие… кое-кто разглядит правду».

Голос Мэйвена переходит в рык, в лице проглядывает облик зверя.

– Те, кто знает, что мы укрыли тебя, те, у кого проснется хоть малейшее подозрение… с ними будет покончено.

У меня гудит голова: мысленно я перебираю всех, кому известно, что во мне есть нечто странное. Мэйвен одержал верх, видимо, ему приятно перечислять убитых.

– Пришлось убрать леди Блонос, конечно. Обезглавливание – лучший вариант для целителя.

«Старая ведьма, заноза… но она этого не заслужила».

– С горничными было проще. Милые девушки, сестры из Олдшира. Мама сама с ними справилась.

«А я даже не спросила, как их зовут».

Я тяжело опускаюсь на колени, но совсем не чувствую боли.

– Они ничего не знали…